— Ты меня обвиняешь? — поинтересовался я с любопытством. В самом деле в том, что я помог сбежать девушке, не было ничего предосудительного, а вот если бы отец узнал о том, как игрался с ней Морган и что собирался сделать, то ему бы не поздоровилось. Отец был жесток, но не прощал подобного поведения никому кроме самого себя. Он совершенно искренне считал, что только у него, как у императора есть право решать жизнь и смерть своих подданных, а те, кто осмелились оспаривать его подобное право очень быстро оказывались на плахе. В империи не церемонились с убийцами, кем бы они не были.
— А ты, я смотрю, возмужал и, кажется, даже потерял передо мной страх? — Морган подошёл ко мне очень близко, почти вплотную, — или же это просто глупость маленького мальчика возомнившего о себе невесть что? — он наклонил голову на правое плечо, как будто и в самом деле размышлял. Я спокойно повторил его движение.
— А разве брат должен бояться брата? — поинтересовался я как можно спокойнее.
— Я старший! Я наследник! А ты просто одна сплошная неудача! Ошибка природы! Ты только посмотри на себя!
Я опустил голову и внимательно осмотрел себя.
— Морган мне очень жаль, но мне совершенно нечего стыдиться, мне нравится моя жизнь и то, что я с ней делаю. Если это всё, что ты хотел мне сказать, то я думаю, на этом наш разговор стоит закончить, — я старался, чтобы мой голос звучал ровно и спокойно, хотя это было очень далеко от тех чувств, которые я испытывал на самом деле. Меня буквально трясло, вот только я прекрасно понимал, что открытый конфликт не принесёт ничего хорошего ни ему, ни мне и не хотел эскалировать наши очень натянутые отношения ещё больше.
— Я всё понял, братец и сделал выводы, — по губам Моргана скользнула жестокая усмешка, — а тебе советую впредь оглядываться по сторонам, я, конечно, не смогу причинить вред собственному брату, — в этот момент он нарочито ласково потрепал меня по щеке, — но точно найду того, через кого смогу заставить тебя корчиться от боли. Поверь мне, я уже хорошо научился мучить так, что несчастные умоляют о смерти!
С этими словами брат широким шагом вышел из комнаты.
Почти весь день Софи держала меня подле себя, словно это было её главной задачей. То, что именно так оно было, я стала понимать, уже во второй половине дня.
— Софи, может быть, вы мне всё же объясните, что здесь на самом деле происходит? поинтересовалась я, не скрывая обиды в голосе. Мне так надоело, что все принимают меня за молоденькую дурочку.
Сеньора посмотрела на меня и прикусила губу, а вот предок, который получал неимоверное удовольствие от всего происходящего промолчать не мог. Нет, отчасти я его понимала, последнее время Томмасо буквально стал моей тенью и общаться в привычном объёме нам с прадедом просто не удавалось, потому что этот баран упорствовал во мнении о том, что мой шеф его слышал. Зато сегодня, когда он наконец смог свободно выражать свой поток мыслей, его в прямом смысле этого слова прорвало.
— Ничего не скажет тебе эта прекрасная женщина, она крепко держит слово и не выдаст, что твой шеф сдал тебя на поруки и приказал следить за тобой во все глаза.
— Быть того не может, — прошептала я.
— Ещё как может! Я сам слышал! Но я одобряю, совершенно правильный поступок!
Вот только я прадеда уже не слышала. Я решительно взяла Софи за руку и заглянула ей в глаза. Мне нужен был от неё честный ответ.
— Томмасо попросил вас присмотреть за мной, чтобы я не встретилась с принцем?
Софи напряжённо выдохнула.
— О нём ходят, очень плохие слухи, кантучинка, в разных концах империи стали пропадать девушки. Некоторые говорят о том, что вновь объявились демоны, другие о том, что у принца особые пристрастия и редко какая возвращается после ночи с ним.
— Что за бред вы говорите? — воскликнула я в ужасе, по спине пополз неприятный холодок, но я категорически отказывалась верить, в то, что только что услышала, — Кроме того, разве это имеет значение? Ведь никто не знает, что я, это я! Или же вы рассказали все Томмасо?
Софи вспыхнула и пошла пятнами.
— Какая разница знает ли он или нет, если принц может догадаться? — требовательно поинтересовалась она, схватив меня за плечи, — у драконов, тем более уже тех, кто обрёл вторую ипостась совершенно другой уровень магии, а ещё нюх! Об их способностях ходят настоящие легенды, а ты позволь мне напомнить, нарушаешь закон. Что ты думаешь, произойдёт с тобой, если принц обнаружит нарушительницу закона в стенах академии? Молоденькую и несмышлёную?
— Он ведь принц! Он благородный будущий правитель, он не сделает мне ничего плохого! — парировала я, в моей голове просто не умещалось, что принц может оказаться плохим человеком. Разве может он быть грешным, он ведь принц?
— Мими, ты, конечно, умная девчонка, но сейчас ведёшь себя как полная дура! — прадед совершенно неудивительно встал в этом вопросе на сторону Софи, а мне стало непросто обидно, а по-настоящему горестно.
