Я даже фыркнул. Сейчас по ощущения больше десяти градусов тепла — мне жарко!
— Нет, нормально, жаль, что к вечеру опять отсыреет. Хотя, наверное, я могу поспать здесь, а не в парке? Мне кажется, здесь не так сыро, как у пруда.
— Ты серьезно собираешься отсыпаться на лавочке? Ах Ну да, у тебя же нет денег И я обещала тебе душ и совершенно забыла! — Лена хлопнула себя ладонью по лбу и махнула мне рукой, зазывая за собой. — Поспишь сегодня у меня, а потом сам решай свои проблемы. Клянись, что не нападешь на меня?
— Как я могу? Я же буду на твоей территории, в гостях?
— У-у! Да ты у нас с понятиями? Ну заходи, может я даже завтраком тебя накормлю.
— Досирак?
— Вот ты прожорливый!
Вот в этой норе пахло только ей, без всяких примесей. Я с удовольствием водил носом, пока Лена раздевалась, снимала ботинки. Потом махнула мне в одну сторону, как-то неопределенно сказав «там кухня», а сама скрылась в другой комнате и плотно закрыла дверь. Язык закрытых дверей я понимал отлично, потому пошел на кухню, обнаружил там холодильник и плиту, а заодно решил, что завтраком накормлю себя сам. Зачем утруждать добрую хозяйку?
Яичница уже скворчала на самой большой сковороде которую удалось разыскать, когда вошла Лена в уютном коротеньком халате и охнула:
— Ты весь десяток жаришь?
— Угум, больше не было.
— Черт! Десяток яиц!
— Я поделюсь, чего ты? Тут и тебе хватит.
— А тебе хватит? — что это в ее голосе — скепсис?
— Я еще замороженные фабрикаты нашел, если что их пожарю.
Лена молча закатила глаза под лоб и достала тарелки. Мы довольно быстро расправились с яичницей, потом я докидывал сухари с чаем, пока Лена ушла в душ.
За окном уже светлело. Солнце поднималось из-за частокола серых домов, на улицах все больше появлялось прохожих, и у них начинался рабочий день, в то время как у нас только закончился. Насколько удобно работать по ночам, а днем отсыпаться и отдыхать? Мне пожалуй все равно, но вот о Лене я беспокоился.
Тем вечером она шла через парк на работу и на счастье наткнулась на меня, а ведь могла попасть в руки настоящему маньяку! Или сегодня, когда мы возвращались из клуба, было всего пять утра, еще не рассвело, а она опять безбоязненно шла через парк, хотя я по своему опыту знал, что в это время там уже шастают сумасшедшие бабульки с сообразительными пуделями.
Видимо, мне придется приглядывать за этой девчонкой, не каждого остановит ее перцовка.
Допив чай, с интересом исследовал нору, в которой помимо кухни, была только одна полупустая комната. Там я обнаружил небольшой шкаф с одеждой, один не складывающийся из-за старости диван, еще странный мешок-кресло и, конечно, старая швейная машинка, куча тряпья, метры, лекала, мелки, ножницы.
Да она помешана на работе. Мало ей ночами строчить, она и в дом тащит костюмы.
— Иди в душ, полотенце там. Мыло, шампунь — на бортике. Что еще? А. Постелю тебе у шкафа, к дивану не приближайся. Понял?
Я усмехнулся, в очередной раз восхищаясь ее доверчивостью.
— Сунь перцовый баллончик под подушку для успокоения.
— Суну, не сомневайся.
Но когда я вышел из душа, Алёнка уже спала, трогательно сопя и приоткрыв рот Хорошо, что последние два дня я недоедаю и немного ослаблен, иначе не смог бы уснуть рядом с этим искушением.
***
Проснулся от неделикатного пинка Лены под бок.
— Вообще-то в гостях голыми не спят.
— Не знал, — пробурчал я, заматывая вокруг бедер покрывало, которое она оставила мне на подстилке.
— Идем кофе попьём, и я тебе обалденный сон расскажу. Тай, мне так редко снятся сны, а тут цветной, яркий! Настоящий, я как будто сама летала!
— Летала? — я с трудом поднялся на ноги, придерживая сползающее покрывало и оглядываясь в поисках полотенца. Кажется, в нем я вышел из душа
— Да, летала. Я была драконом! Прикинь?!
Драконом?!
Я застыл от ее слов, а гребаное покрывало все же сползло с меня как раз в тот момент, когда Лена обернулась.
— Черт, ты мог бы уже надеть шта А что это у тебя?
— Где?
— Стой, не прикрывайся, что я там у тебя еще не видела?
— Ну, я не знаю, что ты там пытаешься разглядеть.
Лена выпрямилась и посмотрела мне в глаза. И снова меня затопила непонятная реакция на ее близость.
— Тай, утренним стояком меня не удивишь. Обрезанных тоже видела.
— Об-брезанных?
— У тебя же было обрезание? Так что, вот этой показушной скромности не надо, ладно? Теперь убери руки.
И она снова присела перед мной, пытаясь разглядеть то, что требовала прятать в плавки.
— Что там за болячка?
— Фигня, натёр, сама подсохнет.
— Странно
— Лена, встань, ты меня — что ей сказать, что провоцирует взять ее, прям тут, сейчас же? — Эм, смущаешь. А как же кофе? И про сон?
— Ах, да! Мой сон! И не смей звать меня Леной, не люблю.
Как хорошо, что она быстро переключается, а вот я нет.
— Мне нравится Лена, напоминает имя одной красивой девушки.
Лена недовольно скривилась.
— Все равно не люблю. Иди пока, одень джинсы, а я чайник поставлю.
