– Вообще-то меня и попросили понаблюдать за принцем. Не смотри так, Мари! Он был очень слаб, едва двигался, и это, знаешь ли, здорово нервировало. Но его величеству напомнили о гостях, и тому вместе с эром Геррардом-старшим пришлось отправиться развлекать дам. Только они ушли, как эр Ругуж прекратил молчать и попросил съерру О’Нил об аудиенции наедине. Он сказал, что имеет важную информацию о тебе и должен ей все рассказать без свидетелей…
– С чего бы это? – поразилась я.
– Не знаю, но он был очень убедителен. А принц, повторюсь, не внушал опасений – он лежал такой несчастный, бледный… Смотрел на меня грустно-грустно.
– Да я всю жизнь такая, ему даже притворяться не пришлось! Но раньше ты меня так не жалела.
– Эр Ругуж сказал, что дело плохо! – разозлилась Мэди. – Вот я и расчувствовалась!
– Так расчувствовалась, что аж юбки задрала.
– Да иди ты!..
Дверь в комнату открылась внезапно и громко. Мы с сестрой обернулись на звук одновременно, обе замолкая и принимая благостный вид. На пороге стоял его величество Марк Буджерс собственной персоной.
– Что здесь происходит?! – спросил он, грозно нас осматривая.
Руки Мэделин тут же ожили, принявшись вновь расправлять складки на юбке. Ее щеки покраснели, а движения выдавали нервозность.
– Мы просто разговаривали… – решила все-таки прояснить ситуацию я, но договорить не успела.
Сзади короля снова послышался шум. Следом до слуха донеслись знакомые голоса.
– А, вот и вы! – зло пророкотал его величество, входя в комнату и замирая в ожидании. За ним вбежали Андрис Геррард, принц и – последним – Тин.
– Вот и я! – сообщил Максимилиан, глядя на Мэделин. – Спешил как только мог!
– И все равно опоздали! – рявкнула она, поджимая губы.
Принц расстроенно повел плечами:
– Спор есть спор! Теперь для меня дело чести довести его до конца.
– Так! – Король всплеснул руками, желая нашего внимания. – Что происходит?! Немедленно говорите!
Я бы ответила ему хоть что-то, честное слово, если бы только поняла хоть слово. Все мои мысли, все внимание было отдано Андрису Геррарду, смотрящему на меня так жадно и обеспокоенно, как будто я стала для него по-настоящему важной.
– Ты готова? – одними губами спросил он.
– Да, – улыбнулась я.
– Какого хрена происходит?! – не сдавался король.
Глубоко вздохнув, я сжала кулаки и решилась. Отчаянные времена требовали смелых поступков.
Всего восемь шагов, и я замерла напротив Андриса. Он уже поднял руку, чтобы вновь коснуться моего лба для обмена телами, но… я перехватила его пальцы, сплетая их со своими, встала на носочки и потянулась вперед, совсем позабыв про стыд.
Старший советник мимолетно улыбнулся мне, в его глазах мелькнуло понимание. А уже в следующую секунду наши губы встретились в поцелуе. Ласковом, нежном, приветственном и – одновременно – прощальном.
– Максимилиан! – где-то совсем близко фальцетом закричал король. – Сын мой!
– Я здесь, отец, – ответил ему принц.
– Это ты?! Точно?! Клянись!
– Клянусь именем рода.
– Слава богу! – Марк Буджерс едва не рыдал от счастья. – У меня чуть сердце не остановилось!
Я, не выдержав, засмеялась прямо в губы Андриса, при этом с беспокойством вглядываясь в его лицо.
– Какой странный вышел поцелуй, – шепнула виновато.
– Запоминающийся, – поправил меня Геррард, после чего, слегка сжав мои руки в своих, сообщил: – Но нам уже пора в путь. Прошу вас, эра Марианна, отправиться со мной.
Андрис говорил, медленно смещаясь в сторону и становясь спиной к королю. Ловким движением руки, словно поправляя локоны на моей голове, он нарисовал на ней руну, шепнув напоследок:
– Все будет хорошо.
Чуть пошатнувшись, я моргнула, а открыла глаза уже в другом теле. Снова в принце.
И меня обнимал король, крепко сжимая ребра принца.
– Ну вот что, – выдал его величество, – больше никаких обменов! Я запрещаю! Ясно? Это приказ! Вы… – Он посмотрел на своего сына в моем теле. – Вместе с Андрисом вы вольны делать что пожелаете, я одобрил его прошение об отлучке, хоть и не понимаю до конца, как вы надеетесь исправить случившееся.
Его величество отодвинулся от меня, тряхнул за плечи, крепко их сжав, и потребовал:
– Но ты, сын, клянись честью Буджерсов, что добровольно больше не последуешь в чужое тело! Родовые артефакты примут твой обет!
– Э-э… но… – услышала я собственный голос, прерванный легким шлепком по губам.
– Тихо-тихо, – залебезил Геррард, виновато глядя на принца, схватившегося за губы, – вы, эра, переволновались. Не дерзите его величеству, мы и без того сильно злоупотребили его хорошим отношением. Я, как и обещал, все устроил для нашего путешествия, эра Марианна, так что…
– Уже?! – снова запротестовал принц. – Но мне надо еще…
Он посмотрел на Мэделин. Мы с королем тоже обернулись к ней.
– Вы ведь ненадолго? – испуганно спросила сестра, медленно подходя к моему телу, в котором царил принц Буджерс. – Мари, что вы задумали? Мне кажется, это опасно. Съерра должна знать о твоем уходе…
Принц протянул к ней руки, приманивая ближе.
Геррард громко прочистил горло, что-то проговорив и пряча фразу за кашлем.
