То ли у меня уже галлюцинации, то ли они как-то неправильно двигаются.
— Пока что Выжженных, а там, возможно, и всего Аристиона. Это зависит от амбиций и желаний твоей дочери.
Присяду-ка я обратно на грядки. Что-то мне нехорошо.
Огородик быстро редеет. В две руки мы с Дэйваром справляемся на удивление скоро и слаженно. Лизке я доверяю две ответственные миссии — не мешать и сортировать картошку. Среди картофелин-великанов попадается и мелкая, что не может не вызвать голодных спазмов моего желудка. Я, представляя себе её обжаренную в кожуре с зеленью и ароматным маслицем, да с чесночком, давлюсь слюной, но не спешу бежать готовить.
Возможно, внешне я произвожу впечатление спокойного человека, но это не значит, что в моей голове не вертится тысяча вопросов, которые я не могу задать открыто при дочери.
Засада, конечно. Это я с Клинваром и Энлии могла поговорить открыто. Стоило Лизку отправить к Дэю, как можно было касаться любых тем, а тут… В общем, засада.
— Пойдёшь со мной готовить? — едва слышным шёпотом интересуюсь я, сгребая в подол свежевыкопанную картошку. — Надо поговорить.
Дэй мнётся. Лопата в его руках замирает, а взгляд впивается в моё лицо, будто я спросила о чём-то постыдном — с сожалением, укором и недоумением.
— Я не могу. — наконец-то произносит он, после затянувшегося молчания и простоя в работе.
Клин отчасти прав. Ряженый на самом деле очень подозрительный.
Чего он так боится? Что там такого? Да и боится ли вообще? Может, он просто не хочет со мной куда-то идти и у него есть планы?
— Так не пойдёт. — шиплю я. — У меня тьма-тьмущая вопросов. Нам нужно поговорить!
— А о чём вы там шепчетесь? — тихонько и загадочно хихикает Лизка. — Больше двух, говорят вслух.
— Ты и так уже поняла, что мне не стоит показываться солдатам на глаза. Как и тебе, Ольга. Ведь о своей дочери ты сделала верные выводы. Ни разу я не видел, чтоб ты взяла её с собой. Думаю, это потому что ты умна, а не потому, что я отменная нянька.
Крыть было нечем.
Конечно, дело не в моих умственных способностях. Изначально я просто не знала местных порядков и правил, потому и так, можно сказать, бесстрашно попёрлась под взгляды наших конвоиров. После было уже поздно. Все меня разглядели и, должно быть, запомнили. В остальном, что касается моей дочери, Дэй прав. Если уж здесь нет и не было детей, нечего им здесь и появляться в представлении солдат.
…только не понятно, почему он так не хочет встречаться с солдатами, ведь именно благодаря им он пронёс сюда столько полезных артефактов, или нет?
— Дядя Дэй просто очень хочет попробовать мою жареную картошку! — запоздало отзываюсь я, двинувшись к дочери.
Обидно однако. Хоть иди к Клинвару и проси его перенести один из костров обратно. Так лень плестись с картошкой, маслом и сковородкой, что аж зубы скрипят от недовольства. Да и не могу вспомнить, осталась ли там вода, как назло.
Я бы сходила. Не страшно. Да и привыкла уже вроде бы. Но так не хочется идти одной… Другое дело, вот если бы Дэйвар пошёл со мной. Мы бы нормально поговорили, я бы задала ему сотни вопросов, что пчелиным роем жужжат в моей голове, и скучно бы не было готовить, и… и вообще!
— Ладно, Лизок, — вытряхнув из подола картошку, я грустно вздыхаю, — Пойду я готовить. А то так мы и к ночи не поедим.
Кошусь недовольным взглядом на бросившего меня на амбразуру дракона и понуро опускаю плечи.
— Поможешь мне собраться, Дэй? — не хочу уходить хоть без пары ответов на мучившие меня вопросы. Ищу любую лазейку, любой повод, чтоб поговорить с мужчиной без дочери.
— Хорошо.
Ну слава богу!
Оставляем Лизу перебирать картошку и заходим за дом, идя друг за другом. Я останавливаюсь у дверей и резко разворачиваюсь:
— С чего ты взял, что я или Лиза какие-то там Владычицы? Разве это не земля эльфов? Разве не эльфы здесь всем заправляют и заправляли? Ты сказал, что моя дочь не умрёт. — немного тушуюсь, стараясь подобрать более правильные слова. — Ты, конечно, сказал иначе. Твой артефакт ей без надобности, но для меня это значит, что моя дочь не умрёт. Я решительно не понимаю, при чём здесь какие-то Владычицы…
— Мне кажется, что дочь Светлого Владыки не погибла. Его жена всё же выносила и родила ребёнка. Тебя. — не поведя и бровью, выдаёт он. — Ты прямой потомок Светлых Владык и законная наследница Выжженных Земель, но твоя дочь, скорее всего, истинная Владычица. Обрати внимание, как вокруг всё и все меняются с появлением твоей дочери, Ольга.
Кажется, скорее всего… Бррр. Голова идёт кругом.
— Ты говоришь, мы эльфы? Это вздор, Дэйвар! Наследница, Владычица, истинная Владычица… Какой-то бред! Я просто хочу знать, что с моей дочерью всё будет хорошо! Мне не нравится, что она тоже начала выращивать картошку необъяснимым способом! Я боюсь за неё, пойми же. Насколько это может быть опасно? Предположим, наши способности родом из этих мест. — кивнув, я перевожу дыхание и спешно выговариваю: — Как это работает? Какие нюансы? Какие опасности и последствия? Вот, что меня интересует на самом деле... Я просто боюсь.
Дэйвар грустно усмехается и косит глаза вправо.
