Дракон в свете луны полностью

— Чхабэм? — неуверенно повторила она за капитаном, удостоилась его удивленного взгляда и слабо улыбнулась. — Гораздо лучше. Чжи Хо напоил меня какими-то травами.

— Хорошо, — кивнул Нагиль. Йонг хотела спросить, что с ним случилось, но он выпрямился и заговорил тише. — Мне жаль, что мои воины встретили вас публичным осуждением.

— Нет, все в порядке!

— Госпожа Сон Йонг.

Йонг опустила голову — смотреть в глаза Нагилю, когда на дне их тускнело пламя, было сложно. Хотелось оправдывать и себя, и других, лишь бы не испытывать какой-то неловкой вины перед ним.

— Кажется, у них есть причины так поступать, — выдохнула Йонг себе под ноги. Нагиль выругался, едва слышно.

— Мер’тонъ83. Их причины вас не касаются, госпожа. Мои воины не причинят вам вреда, даю слово.

— Знаю.

Йонг вскинула голову. Нагиль смотрел ей прямо в глаза.

— Знаю, — повторила она увереннее, пытаясь побороть одолевшую ее голос дрожь. — Мне не нужно слово дракона, чтобы верить тебе. В-вам.

— Тебе, — поправил Нагиль, а потом кивнул снова, поклонился ей даже, и ушел в казарму. Йонг смотрела ему вслед, отмечая, каким тяжелым был каждый его шаг. Будет ругать Чун Сока, точно.

Ладно, рассердилась она на себя. Дела драконьего капитана и его правой руки Йонг не касаются. У нее есть задачи важнее чужих отношений.

Она шла по лагерю на этот раз зажатый между горами с одной стороны и рекой — с другой. Единые горы, повторила про себя Йонг, силясь запомнить новые для себя названия. Река Накто.

Нактонган84 на территории ее страны протекала не здесь, не по восточной половине полуострова. И Единых гор в ее стране не было. И храмов стихий. И еще много чего, что казалось привычным для всех в этом мире, смущало и беспокоило Йонг — помимо японских войск Тоётоми, помимо воинов дракона, помимо самого дракона…

Вон Бин извинился и ушел от нее к Дэ Квану, и Йонг была предоставлена самой себе. В голове все еще гудело после лихорадки, дневной встряски и всех бед, обрушившихся на нее, бедную, но думалось куда легче.

Йонг обшарила взглядом горизонт и громоздящиеся друг на друга скалы в поисках очередного храма, но выгнутой деревянной крыши и расписных столбов не увидела. Где могла прятаться неулыбчивая шаманка, когда не проводила свои обряды с господином драконом?

Спрашивать кого-либо из Лапы Дракона Йонг не хотела. Остальные воины несмотря на предупреждения своего капитана шарахались от нее и прятали взгляд, едва замечали, что Йонг на них смотрит. Две единственные Дочери, кто не воротил от нее нос, Юн А и Да Рым, сейчас принимали новые задания от своей предводительницы.

Йонг обогнула их казарму и пошла вверх по холму. Предчувствие ее не подвело: Лан нашлась у колодца, который девушка заприметила еще днем. Шаманка несла туда два небольших кувшина, ее белые одеяния мелькали между деревьями, пока Йонг до нее добиралась. Всем в лагере драконьего войска нашлось дело — всем, кроме ожидающей неизвестности юджон-ёнг.

— Давайте, помогу? — спросила Йонг, когда оказалась рядом с Лан. Женщина опустила на влажную землю у колодца один кувшин с водой и как раз тянулась ко второму. В обоих Йонг заметила разноцветные камни, и теперь задумалась, являлись ли они частью какого-то ритуала, который проводила шаманка над Нагилем-драконом или же предназначались для более туманных целей.

— Ты пришла не помощь мне оказать, — отрезала женщина, и Йонг тут же кивнула.

— Пришла задать несколько вопросов, — сказала Йонг. — Четыре, если честно.

— Тогда помоги.

Шаманка отдала Йонг второй кувшин и потребовала набрать в него воды, только половину. Камешки на дне кувшина застучали друг об друга и чуть не вывалились, когда девушка переливала в него воду.

— Теперь идем.

Они сошли с холма, но свернули не к деревне, а в бамбуковый лес, который отчего-то пугал Вон Бина. Йонг несла тяжелый кувшин двумя руками перед собой и старалась ступать как можно более осторожно — мокрый кувшин норовил выскользнуть из рук, колени стучали о его стенки, хотя шагающая рядом Лан с точно таким же кувшином будто парила над землей, не испытывая трудностей.

Шаманка привела Йонг в лес: здесь высились ярко-зеленые столбы, свет заходящего солнца прорезал воздух, и в его лучах пылинки превращались в искры. Вид был захватывающий, но оценить его Йонг не успела: Лан провела ее в размеченный смолой и сажей круг — линия шла по земле и касалась бамбука, но, кажется, была непрерывной и очерчивала круг, и рассекала его волной. Снова тай-цзи.

— Умойся, — сказала Лан. Йонг поставила кувшин в центр круга и подчинилась. Шаманка внимательно наблюдала, пока девушка неуверенно опускает ладони в ледяную воду в кувшине, пока умывает лицо, стирая с него пыль и пот, пока медленно выпрямляется. Стало легче дышать, свежий воздух будто ворвался в легкие. Йонг повернулась к женщине и невольно ахнула.

— Это все из-за камешков? — спросила она, и шаманка поджала губы.

— Это все из-за того, что ты чумазая. Садись.