Найнив ответила ей невозмутимым взглядом и продолжила вращать вертел. Выражение лица толстухи ничуть не изменилось, впрочем, как и всегда. Найнив пробовала ей улыбаться, но улыбка нисколько не смягчала лица Ларас. А вот перестать работать, чтобы, пускай и вполне любезно, заговорить с нею, означало катастрофу. Достаточно и того, что приходится сносить взбучки и нагоняи от Айз Седай. Но раз надо научиться использовать свои способности, то с этим ей придется смириться, как бы жестоко ни жгла и ни терзала обида. Нельзя сказать, чтобы ей нравилось то, на что она способна: одно дело – знать, что Айз Седай не являются приспешницами Темного только потому, что направляют Силу, и совсем иное – сознавать, что ты сама можешь ее направлять, – но Найнив необходимо учиться, если она хочет отплатить Морейн. Ненависть к Морейн за все, что та сделала с Эгвейн и с мальчишками из Эмондова Луга, за то, что она расплела, разъединила нити их жизней и манипулировала всеми ими в собственных целях ради каких-то замыслов Айз Седай, была едва ли не единственным, что не позволяло Найнив опустить руки. Но терпеть то, что эта Ларас обращается с нею будто с малолетней лентяйкой-недоумком, вынужденно кланяться и быть на побегушках у этой женщины, которую дома Найнив несколькими меткими словечками поставила бы на место, – вот что заставляло Найнив скрежетать зубами почти так же, как при мысли о Морейн.
«Может, просто совсем на нее не смотреть… Нет! Чтоб мне сгореть, если я опущу глаза перед этой… этой коровой!»
Ларас фыркнула еще громче и отправилась дальше. Вышагивая по свежевымытым серым плитам пола, она по-утиному переваливалась с боку на бок.
По-прежнему согнувшись с ложкой над горшком с вытопленным жиром, Илэйн сверкнула вслед Ларас горящим взором:
– Если эта женщина снова поднимет на меня руку, я пошлю Гарета Брина арестовать ее и…
– Тише ты! – прошептала Эгвейн, не прекращая поливать жаркое и не глядя на Илэйн. – У нее ведь слух как у…
Ларас тотчас же обернулась, будто и вправду услышала их разговор; лицо ее стало еще сумрачней, она уже раскрыла рот. Но не успела издать и звука – на кухню, подобно урагану, ворвалась Престол Амерлин. Даже полосатый палантин у нее на плечах как будто ощетинился. Как ни странно, Лиане на сей раз рядом видно не было.
«Ну наконец-то, – мрачно подумала Найнив. – Нет чтобы пораньше заявиться!»
Но в ее сторону Амерлин даже не обернулась. Она вообще никому не сказала ни слова. Проведя рукой по столешнице, выскобленной до костяной белизны, она бросила взгляд на свои пальцы и поморщилась, будто испачкала их. Ларас в один миг встала подле нее, растянув губы в широкой улыбке, однако бесстрастный взор Амерлин принудил ее проглотить все льстивые слова и держать рот на замке.
Амерлин прошлась по кухне. Посмотрела, как разрезают овсяный пирог. Поглядела на женщин, чистящих овощи. Ухмыльнулась, заглянув в котлы с варившимся супом, затем такой же усмешкой наградила возившихся с котлами женщин, после чего те всецело предались изучению поверхности бульона. Одно лишь нахмуренное лицо Амерлин заставило девушек, выносящих тарелки и блюда в обеденный зал, перейти с ровного шага на бег. Под ее сердито сверкающим взором послушницы заметались, точно мышата, завидевшие кота. К тому моменту, как Амерлин обошла половину кухни, все работающие там женщины теперь трудились вдвойне усерднее и двигались вдвое шустрее. Когда же она завершила свой обход, поднять на нее взгляд осмелилась одна только Ларас.
Встав перед вертелом с жарким, Амерлин уперла руки в бока и уставилась на Ларас. Просто смотрела без всякого выражения, не сводя с нее жесткого, холодного взора своих голубых глаз.
Огромная Ларас сглотнула, отчего ее подбородки заколебались, и принялась оправлять фартук. Амерлин продолжала смотреть не мигая. Потупив взор, Ларас с трудом переступила с ноги на ногу.
– Если мать изволит меня простить, – вымолвила она едва слышно.
Изобразив своим телом нечто напоминающее реверанс, Ларас торопливо удалилась прочь, забывшись настолько, что примкнула к поварихам у одного из суповых котлов и стала помешивать в котле собственной ложкой.
Найнив не смогла сдержать улыбки и, пряча ее, наклонила голову. Эгвейн и Илэйн продолжили свой кухонный труд, то и дело поглядывая на спину Амерлин, которая стояла от них всего в паре шагов.
Не сходя с места, Амерлин оглядывала кухню.
– Если этих так легко запугать, – тихо проворчала она, – не исключено, что им и впрямь слишком долго и слишком многое сходило с рук.
«Действительно – никакого труда не составило обратить их в трепет, – подумала Найнив. – Жалкое оправдание для женщин. А всего-навсего хватило одного взгляда Амерлин!»
Кинув взор поверх накрытого палантином плеча, Амерлин на мгновение уловила взгляд Найнив. Внезапно Найнив осознала, что и сама принялась быстрее вращать вертел. Она успокоила себя: нужно же делать вид, будто я такая же запуганная, как и все прочие.
Затем взгляд Амерлин пал на Илэйн, и она вдруг заговорила, да так громко, что задребезжали развешанные вдоль стен медные горшки и сковородки:
