Дракон Возрожденный полностью

Галад моргнул, и его улыбка растаяла. Он с прежним хладнокровием повернулся к Эгвейн. Гавин встал с кресла и направился к двери.

– Эгвейн… – сказал Галад. – Знай же: ты – особенно ты – можешь призвать меня в любое время, что бы тебе ни понадобилось. Надеюсь, ты об этом не забудешь.

– Два… – произнесла Найнив.

Галад бросил на нее раздраженный взгляд.

– Мы с тобой еще поговорим, – пообещал он Эгвейн, склоняясь над ее рукой. Подарив ей напоследок улыбку, он без всякой спешки двинулся к двери.

– Тррррр… – (Гавин стремглав выскочил за дверь, и даже грациозный шаг Галада стал заметно быстрее), – …ри, – закончила Найнив, как только дверь за юношами захлопнулась с громким стуком.

Илэйн восхищенно захлопала в ладоши.

– Ой, как хорошо получилось! – сказала она. – Прекрасно проделано. Я даже не знала, что мужчинам запрещено проходить на половину принятых.

– Вовсе не запрещено, – сдержанно заметила Найнив, – но эти олухи об этом не знали.

Илэйн вновь захлопала в ладоши и засмеялась.

– Я бы позволила им просто уйти, – добавила Найнив, – если бы Галад не устраивал представления и не тянул нарочно время. Этот молодой человек чересчур пригож и на лицо миловиден, это не идет ему на благо.

Услышав такое, Эгвейн еле сдержала смех – коли на то пошло, так Галад был моложе Найнив на год, не больше, и вдобавок та вновь оправляла платье.

– Галад! – Илэйн фыркнула. – Он снова заявится донимать нас, и не знаю, сработает ли твой трюк второй раз. Он поступает так, как считает правильным, и не важно, кто при этом пострадает, пусть даже он сам.

– Тогда я придумаю что-нибудь другое, – пообещала Найнив. – Нельзя, чтобы они все время нам через плечо заглядывали. Илэйн, хочешь, я тебе мазь сделаю, которая боль утишит?

Илэйн покачала головой, затем легла поперек кровати, положив подбородок на ладони.

– Если Шириам узнает, нам обеим, несомненно, останется ждать еще одного вызова в ее кабинет. Эгвейн, что-то ты не очень разговорчива была. Неужели дар речи потеряла? – Лицо Илэйн помрачнело. – Это, наверное, из-за Галада?

Эгвейн невольно покраснела.

– Просто я не хотела спорить с ними, – ответила она, придав голосу столько достоинства, сколько смогла наскрести.

– Ну разумеется, – обиженным тоном сказала Илэйн. – Готова признать: Галад привлекателен. И вместе с тем он ужасен. Он всегда поступает правильно. Так, как он считает правильным. Знаю, ужасным такое не назвать, но это так. Насколько мне известно, матушки Галад ни разу не ослушался, даже самую малость. Он не произнесет ни слова лжи, даже самой невинной, не нарушит ни единого правила. А если ты что-то нарушишь, то он выдаст тебя, причем не со зла, – наоборот, опечалится, что ты не в состоянии жить по его меркам, – но сути это не меняет. Он точно тебя выдаст.

– Звучит… неприятно, – осторожно заметила Эгвейн, – но не ужасно. Не могу представить себе Галада, который делает что-то ужасное.

Илэйн покачала головой, словно недоумевая, как Эгвейн находит столь трудным для понимания то, что ей самой кажется совершенно очевидным.

– Если тебе так хочется с кем-то любезничать, почему бы и не с Гавином? – сказала она. – Он – обычно – бывает довольно мил, и он не на шутку тобой увлечен.

– Гавин! Да он на меня хорошо если раз взглянет!

– А что на тебя, дурочку, смотреть, ведь ты так пялишься на Галада, что, кажется, у тебя глаза из орбит вот-вот вывалятся.

Щеки у Эгвейн жарко заполыхали, однако сказанное, к ее опасению, вполне могло быть правдой.

– Когда Гавин был ребенком, Галад ему жизнь спас, – продолжала Илэйн. – Гавин никогда не проявит интереса к женщине, если она приглянулась Галаду, но я слышала, как он о тебе отзывался, так что знаю. Ему от меня никогда и ничего не удавалось скрыть.

– Очень рада слышать, – сказала Эгвейн и рассмеялась в ответ на ухмылку Илэйн. – Пожалуй, надо бы дать ему возможность самому сказать мне те слова.

– Знаешь, ты можешь выбрать Зеленую Айя. Бывает, Зеленые сестры выходят замуж. Гавин и впрямь без ума от тебя, и ты отлично ему подходишь. Да и я не прочь иметь такую сестру, как ты.

– Если вы закончили свою девчачью трепотню, – прервала девушек Найнив, – то пора обсудить дела посерьезнее.

– Да, – промолвила Илэйн, – например, то, что́ Престол Амерлин сказала вам, после того как я ушла.

– Об этом я бы не стала говорить, – произнесла Эгвейн, чувствуя себя неловко. Обманывать Илэйн ей не хотелось. – Ничего приятного она нам не сказала.

Илэйн недоверчиво фыркнула:

– Многие люди считают, будто мне легче выйти сухой из воды, чем прочим, потому что я – дочь-наследница Андора. На самом же деле, если на то пошло, мне достается больше, чем остальным, именно потому, что я – дочь-наследница. Ни одна из вас не сделала ничего такого, чего не делала и я, а если у Амерлин нашлись для вас резкие слова, то со мной она бы беседовала вдвое строже. Теперь выкладывайте, что она сказала?

– Об этом должны знать только мы втроем, – предупредила Найнив. – Черная Айя…

– Найнив! – воскликнула Эгвейн. – Амерлин ведь сказала: Илэйн должна остаться в стороне от всего этого!