Уже проснувшись, какое-то время Эдуард ждал, лелея надежду, что стук прекратится сам собой – тот и в самом деле ненадолго затих, но через несколько секунд возобновился с новой силой. Решив, что в дом рвется какая-нибудь свихнувшаяся ночная птаха – а кто еще способен барабанить в окно второго этажа? – лейтенант неохотно спустил ноги с кровати, и, на чем свет стоит кляня местную фауну – как крылатую, так заодно и рожденную ползать, – поплелся в полумраке к темному окну. Отдернув занавеску, замахнулся, собираясь пугнуть непрошеного гостя, – да так и замер, не завершив движения: из-за стекла на него смотрел не зверь и не птица – одетый в плащ с капюшоном человек.
Эдуард тряхнул головой: видение не исчезло, напротив, повело рукой снизу вверх, словно приподнимая ладонью что-то невидимое. Стало ясно, что гость просит открыть оконную раму и впустить его внутрь.
Поколебавшись мгновение, лейтенант отодвинул защелку и распахнул окно.
Ловко перевалившись через подоконник на пол спальни, гость выпрямился, откинул капюшон, и оказался… гостьей. Леди Идой.
– Уф-ф… – выдохнула девушка, поправляя пальцами рыжую челку. – Чуть руки не отсохли висеть!
– Миледи… – попятившись к кровати, Эдуард нашарил на стене уже свой плащ и, сорвав с крюка, поспешил в него завернуться. – Как вы взобрались сюда? – выговорил он первое, что пришло ему в голову.
– Кладка стен неровная, – небрежно махнула рукой нечаянная гостья. Плащ распахнулся, и стало заметно, что под ним на ней мужское рыцарское платье. – Вскарабкаться было не так сложно, вот ждать потом – да, нелегко.
– Позвольте поинтересоваться, чем вызван столь оригинальный способ нанести визит? – задал новый вопрос лейтенант, понемногу приходя в себя.
– Другого выхода у меня не было, милорд, – не вдаваясь в объяснения, заявила девушка. – Я присяду? – указала она рукой на скамью у стены.
– Да, конечно, пожалуйста, – кивнул Эдуард. – Подождите, я зажгу свет…
– Нет, нет, не стоит, – поспешила остановить его она. – Не нужно света.
– Как вам будет угодно, – пожал плечами лейтенант, кажется, уже полностью овладев собой. – И тем не менее извольте объясниться, миледи!
– Да, разумеется, милорд, – ответила леди Ида. – Но прежде я хотела бы извиниться перед вами за тот случай – ну, на приеме. Должна признать, что я повела себя тогда несколько… легкомысленно. Да что там говорить, как последняя скудоумка: сбежала под бой часов, словно Синдерелла, даже не попрощавшись… Должно быть, вы подумали обо мне дурно – и были правы.
– Вовсе нет, миледи, – из вежливости покачал головой Эдуард.
– Глупо получилось, – продолжила девушка. – Я вдруг испугалась, что брат увидит меня возле вас, и запаниковала. На северную галерею он у нас не ходок – с ней у него связаны какие-то неприятные воспоминания – и там я ничем не рисковала, но потом, в зале… Одним словом, прошу не судить меня строго, милорд, тем более что, как выясняется, предосторожность моя была не напрасной.
– Не напрасной? – переспросил лейтенант.
– Да, милорд. Прознай тогда брат о нашем разговоре, не ровен час, он стал бы держаться со мной осторожнее, и тогда мне не удалось бы узнать то, что я узнала сегодня.
– И что же такое вы узнали, миледи? – поинтересовался Эдуард, усилием воли сдерживая зевок. – Не иначе нечто весьма важное – если судить по обстоятельствам вашего визита.
– О да, милорд, так и есть, – кивнула она своей косой челкой. – И столь долгое вступление потребовалось мне лишь для того, чтобы хоть немного смягчить то предубеждение, с которым вы, без сомнения, воспримите теперь все, что бы я ни сказала, – и вина в этом будет целиком и полностью на мне… Видите ли, милорд… Мне сделалось известно, что в Королевстве зреет заговор. И касается он непосредственно вас.
– Меня? – поднял брови лейтенант.
– Вас, милорд. Давайте я расскажу все с самого начала. Час назад я нечаянно услышала один разговор. Беседовали мой брат и сэр Вальтер. Они обсуждали завтрашний турнир. Вам должно быть известно, милорд, что в составе регулярного конруа против вас должен будет сражаться сэр Андрей, объявленный Ее Величеством своим женихом?
– Нет, – покачал головой Эдуард, он этого не знал. – А какое это имеет значение?
– Сейчас объясню. Дело в том, что брат с герцогом замыслили убить сэра Андрея во время учебного боя. По их мнению, в суматохе схватки никто этого не заметит. А после ее окончания они собираются обвинить в происшедшем вас. Сыщутся свидетели, что это именно вы произвели роковой выстрел. Но даже если их показания окажутся неубедительны – сэр Вальтер почему-то полагает, что вы не намерены завтра соваться в гущу битвы, – скажут, что вы виноваты, будучи командиром. Таким образом, они намерены разом избавиться и от сэра Андрея, и от вас.
– А я-то им чем не угодил? – хмуро поинтересовался лейтенант. Герцог прав, он в самом деле планировал не лезть без нужды в схватку, по крайней мере поначалу, сосредоточившись на отдаче команд конруа, однако насчет всего прочего… – Сэр Андрей – понятно, без пяти минут принц-консорт и второй человек в Королевстве – но я? – недоуменно развел руками Эдуард.
