Дерево действительно поражало воображение. Я с интересом рассматривала длинные гибкие плети ветвей, свисающие до самой земли и покрытые узкими продолговатыми листьями. Листочки были плотные, темно-зеленые и какие-то странноватые на вид. И впрямь, удивительно, как такое дерево могло вырасти в столь малоподходящей для него местности. Можно подумать, кто-то просто принес его сюда и посадил. Я протянула руку, чтобы коснуться длинного глянцевого листочка. Между листком и моим пальцем неожиданно проскочила искра, кожу пронзил короткий, но весьма болезненный укол. Я вздрогнула и резко отдернула руку. Машинально поднесла палец к губам, чтобы пососать ранку, как обычно делала после укола швейной иглой.
Странно. Разве древесина накапливает электричество? И разве такие большие деревья растут на голых камнях?!
Я застыла, озаренная внезапным подозрением.
— Да, из такого дерева можно было бы целый корабль вырезать, — уважительно произнес между тем Хират, с одобрением окидывая взглядом толстенный ствол. — Бесшовный, представляете? И, может быть, даже не один. Вот уж был бы непотопляемый флот…
Он протянул руку, чтобы похлопать ладонью по стволу.
— Стой! — завопила я во весь голос. Похоже, инстинкты сработали быстрее, чем разум. Оборотни все, как один, удивленно обернулись в мою сторону, но я уже успела немного взять себя в руки.
— Нужно немедленно уходить отсюда, — твердо сказала я, в доказательство собственной серьезности тут же хватая свою кобылу под уздцы. И как это я не заметила раньше, что лошади давно отодвинулись подальше от ствола, к которому раньше так льнули?
— Да ты что? — возмутился Грейн. — Там же ливень хлещет!
— Ну и пусть, — я быстро выглянула в просвет между ветвей и настойчиво потянула Искру за собой.
Молний больше не было, да и дождь уже немного поредел. Тем не менее, кобыла отчаянно упиралась, ни за что не желая выходить под открытое небо. В конце концов, я начала сердиться.
— Слушай, милая, не валяй…
Я оборвала фразу на полуслове, внезапно сообразив, что это не лошадь, а я сама чуть было не допустила роковой промах. Из-под наэлектризованных ветвей нельзя было так просто выбраться! Если один-единственный листочек имеет такой заряд…
Я обернулась к удивленно наблюдающим за мной даргам. Все они стояли к стволу спиной, и не могли видеть того, что видела я.
По гладкой серой коре уже пробегали слабые, едва заметные судороги.
— Пожалуйста! — взмолилась я, понимая, что времени на объяснения может попросту не хватить. — Просто поверьте мне на слово. Делайте только то, что я скажу.
— Мы слушаем, — нахмурился Сев, до этого за весь день не сказавший мне ни слова. Похоже, он единственный пока понял, что я действительно не шучу.
Что бы ни подумали мои спутники, когда я попросила их сесть на лошадей и выстроиться в ряд друг за другом, при этом ни в коем случае не касаясь ствола дерева, однако просьбу выполнили без комментариев и в точности.
— Когда скажу «вперед!», скачите в проход, что есть силы, — проинструктировала я их. — И, ради богов, не сворачивайте в стороны и ни в коем случае не касайтесь веток!
Я тоже вскочила в седло и развернула Искру головой к намеченному пути отступления. Времени, похоже, оставалось немного. Не знаю, заметили ли оборотни, однако ветви уже некоторое время колебались совсем не от ветра.
Созданный мной силовой туннель поднялся от земли в мгновение ока, стремительно раздаваясь в ширину и в высоту, и с шелестом раздвигая в стороны гибкие ветви-лианы. Некоторые из ветвей тут же принялись извиваться, словно змеи, поверх прозрачных стенок прохода, слепо тычась в невидимую преграду и пытаясь вернуться на прежнее место. Там, где они прикасались к стенкам туннеля, тут же начинали потрескивать маленькие голубые молнии.
— Что за?!.. — начал было русоволосый оборотень, глядя на это. И в этот момент ствол за нашими спинами вздрогнул и покачнулся. Туннель слегка прогнулся под тяжестью навалившихся на него ветвей.
— Вперед! — скомандовала я, и оборотни, один за другим, выскочили под дождь из-под волнующейся искрящей кроны. Мы с Искрой вынырнули из туннеля последними, на ходу захлопывая проход.
— Не останавливайтесь! — крикнула я притормозившему было Хирату.
Оборотень послушно пришпорил коня. И лишь тогда, когда между нами и деревом выросло расстояние более, чем в полторы сотни шагов, я позволила себе натянуть поводья и оглянуться.
Исполинское древо оживало. Оно раскачивалось все сильнее и сильнее, по спускающимся до земли, словно зеленый водопад, лианам то и дело змеились длинные голубые молнии. Наконец древо поднатужилось — и с треском вырвало из земли один корень. Потом второй. Третий… Пятый…
И, наконец, освободилось совсем.
— Чтоб мне лопнуть… — хрипло прошептал за моей спиной Грейн. Кто-то из даргов потрясенно перевел дыхание.
