Под знамёнами дракона собралась немалая армия: две сотни пикинёров, сотня мушкетёров, полсотни конных рейтар, двадцать хорошо оснащённых рыцарей, столько же вооружённых немного слабее, чем рыцари оруженосцев и пара десятков вооружённых слуг. У первого ряда пикинёров, оруженосцев и у всех рейтар был трёхчетвертной противопульный доспех, рыцари тоже были в противопульном доспехе, только полном. Убить рыцаря в противопульном полном доспехе не могла алебарда или меч – только стащив с коня и повалив рыцаря, его можно было застрелить в пах или под мышку, приставив в упор аркебузу. А так, рыцарей в миланском доспехе и тем более в максимилианах дубасили от души алебардами и двуручными мечами, потом оруженосцы отгоняли супостата, а рыцарь поднимался, имея пару синяков, да порезанные руки. Рейтарам и рыцарям сделали специальные латные перчатки, чтобы держать пистолет – по два пистолета было у рыцарей, по четыре у рейтар. Лорентину пришлось пожертвовать выгодными заказами, чтобы оснастить моё войско как полагается, думается, даже королевская гвардия будет вооружена хуже. Полагаясь на опыт италийских войн, было решено сделать ставку на огнестрельное оружие, малопопулярное на севере, прежде всего, конечно из-за высокой цены. Редкий богатый рыцарь, что говорить об офицерах наёмников имел пистолет, наш богохранимый Сарж позволил оснастить по сходной цене пистолетами даже оруженосцев, у многих были заброшены за спину аркебузы, к ним приладили ремни, чтобы можно было перевозить. Пистолеты поместили в седельные кобуры, запасли каждому по две-три гранаты.
Но главное: в армии имелись колёсные средние пушки, такой можно даже вынести средней руки замковые ворота, но больше хотели их использовать против строя рыцарей или для разгона лучников, если мушкеты не достанут. Большинство трактатов сулило пушкам огромное будущее, да и Гонсало много раз видел, как залп орудий обращал в бегство, казалось неумолимо надвигающийся бронированный рыцарский кулак. Обычно пушки перевозят медленными упряжками волов, но тут Лорентин изловчился сделать для них свой отдельный возок – лафет, да ещё приспособил туда ядра и гранаты в деревянном ящике. Штуковина получилась удобной и почти не стесняла движения отрядов, по крайней мере, двигалась быстрее возов. Такие лафеты выдумали уже давно, только возили огромные пушки, здесь же с такого лафета можно было стрелять, едва выдернув чеку и отогнав подальше упряжку лошадей. На лошадях двигались быстрее, бомбарды обычно возили на дюжинах волов – тварей мощных, но неторопливых. Да и стреляли небольшие пушки быстро, намного быстрее бомбард, пусть ядро поменьше, стену не прошибёт, зато строй проредит – три рыцаря из седла выбьет намертво, ещё двоих повалит. Орудия хорошо показали себя и на море, пушками хотел обзавестись каждый уважающий себя капитан: зачем идти на кровавый и непредсказуемый абордаж, если можно потопить чужой корабль или принудить сдаться единым выстрелом. Пушкарей обучили специально, обычно сами мастера с бомбардами и ездят, здесь набрали ребят не глупых под пики лезть, желающих издали по супостату палить. Конечно, половину выгнали взашей на третий день, большую часть через дюжину дней, зато оставшиеся и вновь прибранные ребята управлялись с пушками на диво проворно и точно.
– Заряжай! – без жалости лупил палкой оболтусов Лорентин, – крепче забивайте заряд, ещё крепче, туго забивайте!
– Ядра тяжёлые! – жаловался выронивший ядро.
– А думаешь враг будет ждать пока ты его поднимешь?! – продолжал лупить палкой мастер, – смотри как надо, я старик, ловчее вас молодых дурней.
– Во даёт! – восхищались ловко зарядившему орудие и точно выпалившему пушкарю новобранцы, – сам дьявол ему помогает!
– Вы сами должны стать дьяволами! – заорал Лорентин, – крепче прибивать, крепче, не рассыпать затравочный порох!
– Может полегче с парнями-то? – сказал проходивший мимо рейтар.
– Мои солдаты, учу как хочу! – взорвался мастер, – ты своих конников обучай, чтобы из седла не выпали, а здесь любой заряд как твоя лошадь стоит и ядро сносит дюжину рыцарей!
– Молчу, молчу, мессир, – поднял руки рейтар, – глупость сказал.
– Вот и я про то, – проворчал Лорентин, повернувшись к ученикам, – ну, кто так целится, как учили?!
– На рубеже люди! – закричал кто-то.
– Кто выпустил коров на стрельбище?! – возопил пунцовый мастер, – эй, рейтары, всыпать пастухам хорошенько плетей и выгнать коров.
– Будет исполнено! – ускакали рейтары.
– Сюда пока смотреть, – нахмурился и без того мрачный пушкарь, – вот таблицы стрельб составлены, ориентиры выписаны, углы возвышения, навески пороха, прочтёте и запомните. Коров там разогнали? Все прицелились? Да вот туда, подправь прицел, олух ты. Так, пальники готовь, пли! Смотри как ядра кувыркаются, попали! Чё радоваться, заряжай по новой! Опять ядро уронили, палок захотели?!
