Сначала даже, было, решил, что совсем неплохо устроился, но потом выяснилось самое неприятное: будучи временным главой новорождённого союза я должен ещё и работать, словно проклятый. После того, как впервые отсидел задницу в приёмном покое, разбирая дела просителей, взвыл почти по-звериному. При таком раскладе коту, практически уже мертвецу, можно начинать завидовать. Он хоть и со смертью на горбу по земле таскается, зато свободный, как ветер, и вкалывать ему совсем не обязательно, потому что его и так за жуткие глаза все подряд кормят и лелеют. Жаловаться же ему, как и мне, не на кого — тоже сам напросился, дурак. Сначала придумал такую глупость, как влюбиться, а потом из-за этого умереть. Скучнее истории и быть не может. Но я готов даже с ним поменяться, только бы избавиться от своей хлопотной жизни, которую теперь лишь заклятому врагу и пожелаю.
Это же что удумали, гады! Сделали меня ответственным за всё и про всё. Сначала организуй им восстановление городов после драконьего погрома. Хорошо, что я про стражей вспомнил, так быстренько их к делу припряг. А уж за их работой драконы добровольно наблюдать принялись, от скуки, наверное, что крайне хорошо сказалось на производительности труда Конрадовых бездушных головорезов. Потом пришлось разрешать спор мудрецов с магами о судьбе лесовиков. Что-то меня в этом народе смущало, чувствовал не то, чтобы опасность, а нечто инородное, странное и неприкасаемое. Но и открыто принять сторону магов тоже казалось неправильным. Мудрецы начнут мне козни строить, подлым бунтом грозить. К тому же, не всех ещё сподвижников братца удалось разыскать и обезвредить. Именно поэтому приходилось чаще оглядываться и избыточной доверчивостью не страдать, опасаясь случайного ножа в спину от лучших друзей. Хорошо хоть лесовики сами избавили меня от столь щекотливой дилеммы. Исчезли из темницы, словно никогда туда не попадали. Сколько потом не расследовали, так выяснить и не удалось, куда они все подевались и каким, собственно, образом. В общем, с согласия драконьего вождя Гора, инцидент с лесовиками единогласно решили предать забвению. Самое странное, что это предложение исходило как раз от оскорблённой их действиями стороны, то есть от драконов. Впрочем, моё дело — союз не разрушить, а драконьи странности, честно говоря, абсолютно до фонаря.
Как только немного освоился в шкуре всеми уважаемого гражданина и практически первого лица государства, так тут же был выбит из колеи новостью: королева нашлась. Пока решал радоваться ли возможности снова устроиться за решительной фигуркой Верны, или огорчаться тому, что в кресле ненавистного братца посидеть удалось совсем недолго, до меня дошли подробности происшествия, и я понял, что отделаться лёгким испугом уже не удастся. Сколько я говорил Верне — путешествия в одиночестве для неё противопоказаны. Ну, вот теперь уже бегать больше не придётся, считай, добегалась со своим драконьим самомнением. Я точно знал, что Конрад просто так не отступит, потому что упрямство у нас с ним в крови, только я, в отличие от него, хотя бы изредка включаю голову, а он всегда уверен в своём превосходстве. Также и теперь, ума хватило дражайшую супругу выкрасть, а удержать, ясное дело, не получилось. Братец всегда на науку рассчитывал, а тут с неизвестной, да ненавистной магией связался, и тут же прокололся на ровном месте. Удержать нелюдей и заклинателей никакой магией невозможно. Зря мудрецы не учитывали эту силу, отрицая её наличие в мире, ведь от этого она никуда не делась. Лордин Верну нашёл, конечно, но, к сожалению, не так скоро, как следовало. Эта идиотка через магию, наверное, умом тронулась и полетать там придумала. Коту ничего не оставалось, как в ярости открутить голову моему слишком умному брату, так что у меня теперь ещё и траур, ко всем прочим хлопотам.
Пока коты заклинателя закусывали стражами Конрада, а Агая развлекалась, превращая армию пиратов в компанию каменных истуканов, Лордин бросился на дорогу теней, тем самым, насколько я понял из пояснений Рояны, подписал себе незамедлительный смертный приговор. Проклятье и так душу кота в тень обращало, а тут он, можно сказать добровольно в пыльно-серые зубы тамошних призраков бросился. Впрочем, своей цели он достиг и мастером дорог Лестисом был услышан. Всё что мог сделать маг в те последние секунды, которые ему оставались до падения Верны на дно расщелины, это послать порыв призрачно-пыльного ветра, который отшвырнул лёгкое тело на ближайшие скалы. Очень глупое решение, как на мой взгляд. Так королева погибла бы в мгновение ока, а они принудили её ещё чуть ли не пол года мучиться. Очень милосердно, именно в духе нашего времени. Но, подозреваю, маги, как и мудрецы, по другому уже не могут. Был бы я там, так уж снизошёл и горло дорогой подружке перерезал бы. Но кто же меня теперь с этой каторги отпустит!
