Ещё пара махов крыльями и Трефалкир получил этому и зрительное подтверждение. Вынырнул из-за скального откоса на открытую местность, заполненную снегом, посреди которой высились острые пики холодных гор. Замёрзшие и равнодушные. Из-за особенностей расположения, ветер образовывал вокруг них множество завихрений и постоянных потоков. Оттуда и это стенание природы, так неприятно действующее на сознание. Хотя так мог кричать и злой дух, в этом месте нельзя точно определить источник звука. Тонкая магия рассыпается от этих порывов воздуха, потому что сами горы наделены некой силой. И сейчас не имело особого значения откуда она взялась: из-за драконов или по каким-то другим, более древним причинам. Прибывший чернокнижник сосредоточил волшебство, прошептал заклинание. Почувствовал, как кровь замедляет свой бег, как чешуя перестала реагировать на непривычную для себя температуру, дышать стало легче. В таком состоянии он может протянуть дня четыре без особых последствий для организма. Такого срока должно хватить чтобы найти Азайлас, или её тело, или… не найти вовсе. Она ведь могла превратиться в глыбу льда, он даже не сможет узнать её очертаний. Но если жизнь всё ещё теплится в ней, то он обязательно почувствует её. Дракон верил в это. Волшебное Око недаром показало ему видение. Если, конечно, его тёмное волшебство не сыграло с ним злую шутку. Во всяком случае, попытаться стоило. Поэтому он летел вперёд к возвышающимся горам, неумолимо сокращая расстояние. Пару раз вдали показался ледяной родич, но тот быстро скрылся из виду, не желая пересекаться с незнакомцем. Это устраивало земляного самца. Лучше избегать друг друга, чем сопровождать своим рычанием и грозить клыками. Спутник, готовый наброситься на тебя в любой момент, заведомо плохой. Тёмно-зелёный дракон набрал чуть высоту, чтобы спокойно пролететь над уклоном. Земля и камни, скрытые под толщей снега, начинали подниматься вверх. Пара секунд и он оказывается в этом небольшом, ограниченном мирке. Вместе со всем этим, этот мир оставался неприветливым, запутанным. Воздух стал значительно холодней, и Трефалкир понизил температуру тела ещё на пару градусов. Пока он осматривал пространство впереди себя, то попал в резкий порыв воющего ветра. Глаза пришлось прикрыть защитной мембраной. Из полученного в детстве опыта, дракон принял решение чуть свернуть крылья и позволить потоку нести себя в сторону. Как только тот ослаб, встретившись с ледяным возвышением, то Трефалкир выскользнул из этой ловушки и продолжил лететь по изначально заданному направлению. Втягивал ноздрями морозный воздух, определяя количество родичей и их настроение. Пока всё оставалось достаточно спокойным, можно попробовать магию. Дракон сосредоточился на нужной связи, на своих чувствах, прошептал заклинание. Пару минут ничего не происходило. Его окружал холод и вой ветра, несущего с собой снежные бураны. Потом он ощутил что-то. Волшебству потребовалось время, чтобы хоть как-то собраться и показать ему слабую, тонкую золотистую нить. Она слабо мерцала, как последний отблеск закатного солнца в тучах, прорываясь сквозь снег. Трефалкир полетел по этой линии, показывавшей ему правильное направление. Он ощущал себя единственным живым существом в этой белой пустыне, родичи не показывались, единственным соседом было протяжное завывание. Оно начинало действовать на нервы, и дракон не расслаблялся, готовый ко всему. Летел осторожно, прислушиваясь ко всем чувствам, чтобы во время среагировать на малейшее постороннее движение. Будь то взлёт ледяного дракона или снежный обвал. Через два часа лёта случилось неизбежное и предсказуемое. Однообразные пейзажи, состоящие из белого и серого, нескончаемые потоки ветра, практически полное отсутствие различных запахов сделали своё дело. Он потерялся не сколько в пространстве, сколько во времени. Не мог сказать, сколько именно часов он продолжает своё движение, не плутает ли он по кругу, как в каком-то безумном сне. Такое часто случалось в этом месте.
