— Ага, хитрый, — усмехнулась рыжая Арыамарра. — Что-то хочешь.
— О Арыамаара! Небо услышало нас! — тоже, по примеру шамана, повалился на землю Уругышак. — Оно не оставило своих детей! В час испытаний… Когда на нас надвигается беда, ты пришла, чтобы спасти нас!
— Так, — стала серьезной маленькая Арыамарра. — Пожалуйста, поподробнее о той беде, что на вас надвигается.
— О, Арыамарра! Разве ты не знаешь?..
— Чего? — удивилась рыжая девочка. То, что «Говорящая с богами» столь юна, несколько удивило старых орков, но только чуть-чуть, все-таки небу виднее, какой должна быть присланная им представительница. А рыжая вопросительно посмотрела на своих сопровождающих. Те в ответ недоуменно пожали плечами. Такая реакция сыновей несколько удивила вождя и шамана, все-таки перед Арыамаррой следует вести себя максимально почтительно.
— Так. — Рыжая небожительница села прямо на землю, подвернув под себя по-орочьи ноги, и скомандовала: — Встать, ага, теперь сесть и подробно рассказать, ну! Я кому говорю?! Уршурым, ну скажи им!
Молодой орк, к которому повернулась девочка, произнес:
— Отец и ты, шаман, встаньте, Листик не любит, когда перед ней вот так… Встаньте и расскажите, что вас так обеспокоило?
— Ага, — произнес второй орк, только сейчас старые орки увидели, что у него подбит глаз и большая шишка на лбу. Он потер шишку на голове и хмыкнул: — Не надо перед Листиком падать ниц, она сама кого хочешь уронит, да так, что потом встать трудно!
— Сам виноват, — хихикнула маленькая Арыамарра. — Нечего было поддаваться. Вон Уршурым честно дрался, а ты только сделал вид, что сопротивляешься, вот и не успел сгруппироваться.
— Так Уршурым с Милисентой боролся, — возразил орк. — А я не смею…
— Опять! Я же тебе приказала сопротивляться, а ты не выполнил приказа Арыамарры, вот и получил ногой! Уршурым потом со мной дрался — и ничего!
Старые орки, уже севшие на землю, ошарашенно смотрели на своих сыновей. Они посмели поднять руку на Арыамарру и до сих пор живы?! Она их не покарала?! Как такое может быть? Видно, Уршурым понял, что думают старшие, и пояснил:
— Листик попросила показать приемы нашей борьбы без оружия, она и ее сестра. А Арташрык начал поддаваться, вот она его ногой и…
— Ногой?! — пораженно произнес шаман, глядя на своего сына.
— Листик?! — не менее ошарашенно произнес шаман. Называть «Говорящую» по имени?! При этом не воздавая ей соответствующих почестей и не вознося положенную хвалу?!
— Ага! — подтвердила девочка. — Удар из подскока с разворотом, он должен был блок поставить, а он свой глаз подставил! Хорошо, что я поменяла направление удара, а то бы шишкой на лбу и синяком под глазом не отделался. И называть меня по имени — «Листик», понятно?! А если хотите с почестями, то «ваше высочество» или «принцесса», вот!
— О-о-о! — протянули оба старых орка, с благоговением глядя на синяк Арташрыка, словно это был высший орден.
— Ага. — Листик усмехнулась и оценивающе посмотрела на вождя и шамана, словно прикидывая, куда и какого размера им поставить наградные синяки, но, видно, решила, что они еще недостойны таких отличий. Девочка улыбнулась и скомандовала: — Рассказывайте коротко, но подробно, что там у вас случилось?
— Значит, большое переселение, — задумчиво произнесла Милисента.
— Ага! — подтвердила Листик.
В кают-компании «Колдуньи» внимательно выслушали рассказ девочки, вернее, пересказ того, что она узнала от орков. Кроме тех, кто обычно собирался к ужину, в большом салоне корабля находились два орка из степи — Уршурым и Арташрык. В качестве консультанта пригласили Ыраламыра, боцмана «Колдуньи», он как раз и был из орков Таренги. Теперь все требовательно смотрели на него. Ыраламыр немного смутился от такого внимания, потом развел руками: мол, очень давно покинул родные места и теперь совершенно не в курсе, что там могло такого произойти, что все племена снялись с насиженных мест. — Ужасные чудовища прилетели и теперь грозятся всех съесть! — сделав страшные глаза, гулким голосом произнесла Листик.
Когда на нее обратились взоры всех присутствующих, девочка, взъерошив волосы, скорчила рожицу, изображая одно из этих чудовищ. Эльфийки захихикали, а Милисента осуждающе покачала головой:
— Я знаю только одно ужасное чудовище, которое может много съесть, но оно к оркам не полетит, у них мороженого нет.
— Ага, — согласилась Листик и тут же начала перечислять: — А халва, шербет, рахат-лукум…
— Бедные орки, чудовище таки к ним прилетит! — засмеялась Ирэн.
— Ладно, — прервала хихиканье девушек Милисента. — Раз нет никаких предположений, что же могло поднять орков, населяющих степи Таренги, то надо самим посмотреть. Сегодня ночью и посмотрим. Листик, полетим мы с тобой, надо внимательно там все оглядеть. Поэтому и полетим, а не через окно посмотрим, в смысле телепорт. Усимт, возвращайся в Яфру. Мне надо знать, как отреагировали купцы на мою беседу с главой их гильдии. Да, Листик, верни Уршурыма и Арташрыка в казармы гвардии…
— Мы бы хотели сопровождать Арыамарру… — начал Уршурым, Милисента, недовольно поморщившись, тоже его перебила:
