— Нет, Харан, не жалею! Многие отдали бы за такую возможность свое состояние, да что там состояние, полжизни бы отдали! А я попал в другой мир, можно сказать, даром!
— Почему даром? — усмехнулся в свою очередь Каратто. — Тебе за это еще и деньги платят.
Броунс прищурился и, копируя их общую знакомую, ответил:
— Ага!
Оба мужчины засмеялись, а сидящая на плече у Шимбы Листик, которая слышала весь этот разговор, показала им язык, вызвав новый приступ смеха.
— На берег я сойду позже, а пока пусть они все прибудут сюда! — Рассерженная Милисента топнула ногой. — Понятно?
Перед ней стояли вытянувшиеся в струнку флаг-офицер венисийской эскадры и Аливар Тарантона. Узнав от Стэллы, что ее приказ не выполняется, она очень рассердилась. Такой разгневанной эту девушку еще не видели, по крайней мере, венисийцы и жители Гран-Приора. Да и большинство матросов «Колдуньи» тоже. Милисента делала выволочку прибывшим к ней с приглашением на обед в ее честь прямо на палубе. Листик, присутствующая при этом и сидящая на Шимбе, как на троне, одобрительно кивнула:
— Правильно! Пусть сюда приезжают, мы им здесь головы отрывать будем! — Наклонившись к уху своей драконоподобной подруги, девочка негромко, но так, чтобы слышали все, спросила: — Шимба, ты чью голову хочешь? Понимаешь, поотрываем мы им головы, и что с ними делать? Не пропадать же добру!
— Листик, мы же не едим разумных! — возмутилась Шимба, она не поняла шутки девочки.
— Ага! — согласилась девочка и пояснила: — Так я же тебе не есть их предлагаю, они же, головы в смысле, очень костлявые!
— Почему! Почему ты думаешь, что у них костлявые головы? — опять не поняла Шимба.
— Мозгов нет! — охотно пояснила девочка. — Вот они и не думают — нечем! Одна кость!
Драг на некоторое время задумалась, а потом высказала свое мнение:
— Так если мозгов нет, тогда голова пустая должна быть!
— Точно! — обрадовалась девочка, а потом, тоже задумавшись на мгновение, с сомнением сказала: — Хотя у них могут быть не пустые головы, а костлявые! Вот оторвем и проверим! — Девочка поискала кого-то в толпе матросов, слушавших ее, и позвала: — Тремаз! Давай поспорим! Я говорю, что у них в головах кость!
Вышедший из толпы матросов человек с суровым лицом деловито спросил:
— Заклад обычный? Один серебряный?
— Ага!
— Как проверять будем? — так же деловито осведомился мужчина и с озабоченным видом, без тени улыбки поинтересовался: — Избирательно или всем отрывать будем? А если пустоголовых с костяными будет поровну? Кто тогда спор выиграл?
— Да, это вопрос, — тоже задумалась Листик.
— А зачем мне головы? — поинтересовалась Шимба, до этого напряженно думавшая над вопросом, это было заметно даже по ее обычно ничего не выражающей морде.
— В мяч сыграем, — ответил Тремаз.
— Они серьезно? — спросил капитан Броунс, поворачиваясь к своему помощнику.
Тот, сдерживая улыбку, тихо ответил, кивнув в сторону Листика и Милисенты:
— Ты с ними пообщаешься — и не такое услышишь.
Показав в сторону бледных офицеров венисийской эскадры и представителей Гран-Приора, которые садились в лодки, Каратто добавил:
— А этим полезно, совсем страх потеряли. Приказы, да что приказы, просто пожелания королевы надо выполнять быстро и точно!
— Наверное, и принцессы тоже, — серьезно произнес стоящий тут же Грентон, до этого он участия в беседе не принимал, только слушал.
Каратто согласно склонил голову, подтверждая высокий статус девочки и ее право отдавать приказы, а она сама, повернувшись к капитану и его помощникам, еще раз показала им язык.
— Капитан, вы удостоились очень высокого знака внимания, принцесса показала вам язык два раза! — Подошедшая сзади к капитану и его помощнику девушка с острыми ушами сказала это очень торжественно.
Броунс растерянно заморгал, он знал, что на знаки монаршей милости надо отреагировать соответствующим образом, но как отвечать на такие? Не показывать же язык в ответ? А Листик осчастливила капитана третьим знаком внимания, еще раз показав язык. Эльфийка не выдержала и захихикала, она, как будто прочитав мысли капитана, предупредила:
— Капитан, не вздумайте показать принцессе язык в ответ!
— Почему? — машинально спросил Броунс.
— Потому что так и будете стоять с вежливо высунутыми языками до самого вечера! — уже засмеялась Ирэн.
— Листик! Не показывай капитану корабля язык! — строго сказала леди Тайша. — Показывать язык капитану, тем более когда он при исполнении своих обязанностей, очень неприлично!
— Ага! — согласилась девочка и тут же задала кучу вопросов: — А не капитану можно? Вот, например, помощникам капитана? Можно? И если капитан не при исполнении, то, получается, тогда можно? А кому еще можно?
— Листик! — хором закричали Тайша и Милисента. А девочка, повернувшись к капитану, пожаловалась:
— Вот видите, сэр, как тяжело быть принцессой — язык показывать нельзя, головы отрывать — тоже! Вам, наверное, как капитану, так же тяжело?
Капитан заморгал чаще, не зная, что ответить. Он был офицером флота Альбиона, а там царили очень строгие нравы, особенно в отношениях старших к младшим. А тут… Броунс просто растерялся.
