— Мне ничего не нравится. — Она сократила расстояние между ними. Но это расстояние было совсем не таким, как в случае с Каином. Между ней и Кварехом существовало напряжение иного рода, некое приливно-отливное состояние, которое они оба могли признать, но, несмотря на это, были вынуждены поддерживать. Он заставлял ее дрожать от напряжения. Его присутствие вызывало физическую реакцию: дыхание задерживалось, мышцы напрягались. Но, в отличие от реакции ее тела на Каина, руки потянулись не за кинжалом. Рядом с этим Драконом она чувствовала себя в безопасности. Это было приятное ощущение, которое, казалось, усиливалось тем, сколько времени прошло с тех пор, как она видела его в последний раз. — Я заперта в этих стенах, пленник твоей сестры. Но и она не ищет меня. Я не отдам ей Философскую Шкатулку в порыве скуки.
— Я никогда не думал иначе.
— А она? — Молчание Квареха все сказало Арианне. Она придвинула стул напротив него к столу и села перед ним. Арианна сложила руки, упираясь локтями в колени. — Кварех, ты же знаешь, что со мной это не сработает.
— Я так и посоветовал Петре.
— И все же твои слова не подействовали. — Арианна покачала головой. Вот почему она не полагалась на других людей в выполнении работы. — Я хочу вернуться в Лум.
— Что? — Кварех отступил назад, его магия колебалась. — Петра никогда бы этого не допустила.
— Я найду выход или прыгну в воду, чтобы умереть и забрать с собой знание о шкатулке.
— Ты не пойдешь на это.
— Хочешь испытать меня? — Арианна слабо усмехнулась. Мужчина явно считал, что она больше ценит свою жизнь, чем на самом деле. Она со вздохом откинулась на спинку кресла. — Или, возможно, я пожелаю, чтобы это сделал ты.
— Ты не для этого хотела получить благословение.
— Ты ничего обо мне не знаешь, — предостерегла она.
— Я знаю больше, чем ты думаешь.
Арианна хотела протестовать. Она хотела отгородиться от него жестоко и без угрызений совести. Но дверь между ними была открыта слишком широко. Его рот призрачно застыл на ее губах, напоминая о тех непереходимых границах, которые они преодолели вместе. Линии, которые она могла бы осмелиться пройти снова, если бы у нее был шанс. Арианна сосредоточилась на изгибе его рта на слишком долгий миг.
Она не позволяла себе поддаваться легкомысленным отвлечениям.
— Вот твои варианты: сказать Петре, что я хочу беспрепятственно добраться до дома.
— Или?
— Или я требую пару рук.
Брови Квареха сошлись в замешательстве, но тут же распутались от шока, когда он понял, о чем она просит. Он зашипел, пытаясь укрепить свои слова.
— Я этого не сделаю. Я не могу просто…
— Таковы варианты, Кварех. Любой из них даст мне свободу, а значит, и ее доверие к моим дальнейшим действиям. — Арианна встала и повернулась к нему спиной. — Если Петра добивается моего согласия, она должна относиться ко мне как к равной. Или, по крайней мере, как к достойному сопернику.
10. Петра
— Поступило еще одно сообщение от Финнир'Кин, Оджи. — Обветренная древняя женщина доложила с той стороны комнаты, где Петра надевала кожаные штаны для верховой езды.
— И есть ли у моего брата что-нибудь стоящее для меня?
— Он хочет вернуться домой. — У шептуньи хватило ума не выносить никаких суждений по поводу полученного ею сообщения, а просто сообщить факты.
Петра с тяжелым вздохом отмахнулась от рабыни и занялась застегиванием брюк для верховой езды. Финнир вбил себе в голову, что должен вернуться. Она не сомневалась, что это в какой-то мере влияние Ивеуна; ее брат не отличался умением думать самостоятельно. Либо Король Драконов сделал жизнь Финнира мучительной из-за действий Петры против него, либо он приказал Финниру искать информацию о правдивости предполагаемых молитв Квареха к Лорду Син.
В любом случае Петре не имело смысла пускать брата обратно в свой дом. Находясь здесь, Финнир оказался бы в более затруднительном положении, если бы стал склонять Короля Драконов ко лжи. В Поместье Рок он мог бы продолжать собирать для нее информацию об интригах Короля, даже если бы это было невыносимое для него место.
— Передай Финниру, что он может предложить Дому Син больше, если продолжит выражать свою преданность нашему Доно. — Слова прозвучали тошнотворно фальшиво. Но шептун никому не выдала бы этого. Это был один из священных ритуалов становления шептуна Дома: никакие секреты не повторялись, а все сообщения были дословными. Все Драконы уважали это так же, как и другие врожденные законы своего мира.
— Как прикажешь, Оджи. — Шептун отвесила ей низкий поклон.
— И, Шавин, — Петра остановила женщину в дверном проеме. — Передай Финниру, что, когда мы снова увидимся, я с нетерпением буду ждать рассказов о том, как он провел время в Доме Рок.
— Конечно. — Женщина удалилась.
