Кварех молчал, давая Петре выговориться. Он знал, когда нужно надавить, и знал, когда нужно отступить. И это была Петра, которая готова была содрать кожу с любого живого человека, мешающего ей быть услышанной.
— Он не заслуживает тайной смерти. — Петра оскалила зубы. — Финнир, я вызову тебя в суд сегодня же, как только он соберется. И если ты сбежишь, я все равно брошу тебе вызов. Я оставлю его на всеобщее обозрение всех Драконов. — Петра плюнула на брата, и он застонал, его плоть вяло сжималась от наложенного на нее налога на магию. — Чтобы я могла выследить тебя и убить в свое удовольствие. Тебе некуда будет бежать от дуэли, вызванной в суде.
Кварех никак не помог Финниру подняться, пока тот пытался оторвать себя от пола. Их брат смотрел на Петру — один глаз, второй все еще медленно заживал, как кровавая гематома, — как будто все еще думал, что сможет сразиться с ней. Большая часть его лица была содрана до кости.
— У меня есть могущественные сторонники, которые встанут на мою защиту, Петра, — мрачно произнес Финнир.
— Кто? Ивеун'Доно? — Петра насмешливо хмыкнула. — Пусть он бросит мне вызов. Я приглашаю его! Пусть лучше все решится, как Драконы, чем как трус, который отравляет моих мужчин и женщин, чтобы получить преимущество.
— Не изгоняй меня, — предостерег их брат. — Я стану твоей погибелью.
— Своим существованием ты не погубил ничего, кроме моей чести.
— Ты никогда не ценила то, что я могу предложить этому Дому!
Она фыркнула.
— Нечего было ценить.
— Дом Син не нуждается ни в тебе, ни в информации, которую ты можешь нам дать. — Кварех вмешался в перепалку, пока она снова не вышла из-под контроля. Оба взгляда были устремлены на него, но он смотрел только на Петру. — Она ее даст.
— Кварех… — Петра бросила предостерегающий взгляд на Финнира. В присутствии их брата это было уже слишком. Не тогда, когда они только что фактически отреклись от него и отметили его смертью. Животное, забившееся в угол, все равно может быть опасным, даже такое маленькое, как Финнир. Особенно если за этим углом стоял Ивеун'Доно. — Ты хочешь сказать…
— Да. — Не было сомнений, что они говорили об одном и том же.
— Значит, ночь прошла не зря. — Его сестра хлопнула в ладоши, словно радуясь приходу самого Владыки Смерти. — Кварех, убери его с глаз моих. Держи его так, чтобы я не видела его до начала суда. Ивеун хотел, чтобы он остался в поместье? Хорошо, он останется, но достаточно долго, чтобы я его убила.
Кварех стоял над своим старшим братом. Финнир смотрел на него с той же холодностью, что и раньше, после того как Петра назвала Квареха Рю. Квареху хотелось, чтобы все было иначе. Он хотел бы, чтобы ему не приходилось смотреть на брата с презрением. Но он не мог по-другому.
К этому выводу они шли с самого начала. Это был переломный момент для двух братьев и сестры Син. В их Доме хватало места только для двоих.
Финнир встал без посторонней помощи и, прихрамывая, пошел прочь. Кровь стекала за ним по пятам, и Кварех держался рядом с ним до самого выхода из комнаты, а затем с тяжелым вздохом плотно закрыл за ними двери.
Он смотрел на старшего брата с тяжестью в груди — пустотой, оставшейся после радости, которую Арианна поместила туда раньше. Петра хотела, чтобы Финнира заперли, а потом повели на убой. Это была позорная смерть.
— Так где же меня будут держать перед тем, как зарезать? — прохрипел Финнир, глядя на свои еще не зажившие раны, с подбородка которого капала кровь. — Будет ли у меня время помыться перед судом? Или покрыть свою кожу благословением богов?
Кварех тяжело сглотнул, чувствуя себя одновременно храбрым и очень глупым. Петра, несомненно, захочет запереть Финнира в самой тихой и глубокой комнате поместья.
— Все будет.
Он повел Финнира по коридорам, подальше от сестры, к гостевым комнатам, обычно отводимым для именитых обитателей. Финнир был его братом и Син; он должен был достойно предстать перед Двором. Даже если сегодня ему суждено умереть, он умрет достойной смертью, подобающей ребенку Дома.
Финнир, к его чести, не делал никаких попыток бороться или бежать. Даже если бы он смог одолеть Квареха, Петра без колебаний превратила бы его в золотистое пятно, если бы Финнир сейчас повернулся. Брат смиренно склонил голову и закрыл рот.
— Я вернусь через несколько часов, как раз перед началом суда. — Кварех взял на себя ответственность за выполнение задания. Даже если Петра не планировала поручать ее ему, это должен был сделать один из них, а она не собиралась быть в том состоянии духа, чтобы сопровождать Финнира куда-либо.
