В этом сне Золотая Луна опять видела себя в том самом Храме Богов в древнем городе Кзак Царот. С голубым хрустальным жезлом в руках она стояла перед статуей Мишакаль, Богини-Целительницы. В одной руке Богиня, казалось, что-то держала, но на самом деле ладонь была пуста. Золотая Луна так же, как и много лет назад, протягивала статуе жезл. Но в тот раз Богиня приняла его, и Золотая Луна тотчас поняла, как сильна любовь Богов к своим детям. Во сне же, едва она протягивала Богине жезл, он трескался и рассыпался на мелкие осколки, изрезывая в кровь ее руку. И радость Золотой Луны сменялась страхом, не исчезавшим и после пробуждения.
Она долго размышляла над значением этого сна, но не могла растолковать его. Мысли путались у нее в голове, сменяя одна другую, словно змея, глотающая свой хвост. Золотая Луна закрывала глаза, в страхе прижимала к ним ладони, пытаясь остановить вращение этого страшного колеса.
– Вы дочь Золотой Луны? – услышала она тревожный голос.
Она уронила руки на колени, подняла глаза и увидела перед собой Звездочета Микелиса. Они уже встречались прежде. Он приезжал получить знания в Цитадель Света и стал там одним из лучших учеников, способным и добрым целителем. Уроженец Соламнии, Микелис вернулся на родину, в Солант, и теперь возглавлял здесь Храм Света. В годы его учебы они подолгу беседовали друг с другом, сейчас же Золотая Луна с горечью отметила, что он не узнает ее.
– Прошу прощения, – продолжал Микелис, – я не хотел беспокоить вас, дочь моя. Я бы не осмелился войти, не постучав, но госпожа Одила сказала, что она тревожится о вашем самочувствии.
Он окинул недоуменным взглядом пустые тарелки и корзину для хлеба. Золотая Луна ела за двоих.
– Благодарю вас, Звездочет Микелис, – сказала целительница. – Вы не побеспокоили меня. Но я проделала долгий путь и очень устала. К тому же меня очень расстроило известие о нападении на Цитадель Света. Я не знала об этом…
– Несколько человек погибли там, – сказал Микелис, усаживаясь рядом. – Мы скорбим о них, но твердо надеемся, что их души оставили наш мир для лучшего… Дочь моя, как вы себя чувствуете? Может быть, я могу для вас что-нибудь сделать?
При словах о душах погибших Золотая Луна огляделась по сторонам. Призраки заполняли комнату, они безостановочно сновали вокруг, стремясь прикоснуться к ней. Ни один из них не оставался на месте подолгу. Они все время сменяли друг друга, возвращаясь в свою бледную реку, двигающуюся на север.
– Нет, благодарю вас, – смущенно произнесла он. – Меня расстроили эти новости.
Она не стала ему ничего объяснять. Микелис добрый и отзывчивый человек, но он не поймет, если она заговорит о душах умерших, о том, как они сейчас мечутся здесь, словно несчастные пленники в темнице.
– Я должен исполнить печальную обязанность, – продолжал он, – и сказать вам, что мы ничего не знаем о судьбе вашей матери. Но мы считаем это добрым знаком: это позволяет надеяться, что она не погибла при нападении на Цитадель.
– Она не погибла, – резко сказала Золотая Луна, решив более не медлить с признанием. Этот страшный поток не станет ее ждать. – Золотая Луна не погибла при нападении, потому что ее к тому времени уже не было в Цитадели Света. Она бежала. И оставила своих учеников и больных на произвол судьбы, один на один с драконами.
Звездочет Микелис выглядел обескураженным, затем в его глазах сверкнуло негодование.
– Дочь моя, не подобает так неуважительно говорить о собственной матери.
– Но я
Звездочет Микелис был в замешательстве. Он пытался заставить себя не смотреть на нее, но не мог оторвать изумленных глаз от молодого лица этой женщины.
– Наши жрецы недавно совершили паломничество в Цитадель Света, – признался он. – И, вернувшись, сообщили о чуде, о том, что вам была возвращена молодость. Признаюсь, я считал это преувеличением, свойственным восторженным юношам. – Он помолчал, не отрывая глаз от лица Золотой Луны. – Неужели это действительно вы, госпожа Первая Наставница? Простите мою смелость, – добавил он, смутившись, – но до нас доходили известия, что Рыцари Тьмы проникали в наши ряды и…
– Микелис, вы помните, как однажды ночью мы с вами сидели, глядя на звезды, и говорили о Богах? Вы рассказали мне, что еще маленьким мальчиком остро чувствовали их заботу о людях и тогда же приняли решение стать жрецом Паладайна Помните?
– Первая Наставница! – вскричал Микелис. Схватив ее руки, он прижал их к губам. – Это действительно вы! Это настоящее чудо!
