Для публики был отведен дальний угол просторного прямоугольного Зала. Главы Орденов помещались в противоположной, парадной его части, а скамья для обвиняемых и охраны была слева от них. Справа, у стены, находились места для тех, кто собирался представить Совету Рыцарей петицию либо дать показания. – Господа! – воскликнул Звездочет Микелис. Заявление Одилы его шокировало. – Первая Наставница и я – старые друзья. Я могу подтвердить, что эта женщина действительно Золотая Луна, Первая Наставница Цитадели Света.
Золотая Луна ожидала начала заседания в течение двух часов. Почти все это время она дремала, и беспокойные сны многоцветным колесом катились перед ее закрытыми глазами. Разбудили целительницу голоса собиравшихся в Зале людей. Все они смотрели на Золотую Луну с удивлением, кто-то откровенно пялился на нее. Главы Орденов, войдя в зал, отвесили почтительный поклон, а один из них опустился на колено, чтобы принять ее благословение.
Золотая Луна поняла, что Звездочет Микелис разгласил новость о чуде, происшедшем с нею.
Она приняла выказанные ей знаки уважения с тем же равнодушным терпением, с каким относилась к призракам, которые и здесь продолжали кружить над нею.
Звездочет Микелис, войдя в Зал, направился прямо к ней и сел рядом с видом сочувствующего и заботливого друга. Он, как и все присутствующие, не понимал, почему она так сдержанно ведет себя. Окружающие принимали ее терпение за смирение, но в глубине души едва ли не считали это ханжеством. Ведь она получила дар, который мог бы сделать счастливым каждого, и могла бы по крайней мере показать, что наслаждается им.
Совет приступил к традиционному церемониалу, столь любимому Соламнийскими Рыцарями. Золотая Луна вновь задремала. Начался суд над каким-то рыцарем, но ей не было до этого дела. Мерно бубнившие голоса убаюкивали ее, и неожиданно она увидела сон. Ей приснилось, что она вернулась в Тарсис. На город летели орды драконов. Золотую Луну охватил ужас, когда тени их мощных крыльев превратили ясный день в темную ночь. Она услышала, как Тассельхоф выкрикивает ее имя. Он хотел ей что-то сказать, что-то очень важное…
– Тас! – громко закричала она и резко выпрямилась. – Тас, приведи Таниса! Я должна сказать ему…
Она моргнула и в страхе огляделась. Все взгляды бы ли устремлены на нее.
– Золотая Луна, госпожа Первая Наставница! – шептал Микелис и успокаивающе гладил ее руки. – Вы немного задремали…
– Да, – пробормотала она. – Я, кажется, заснула…
Она попыталась вспомнить свой сон и то, что должна была рассказать Танису. Только никакого Таниса здесь не было. Никого из них не было здесь. Она была одна и никак не могла припомнить то важное, что ей только что снилось.
Ее выкрик прервал заседание, и теперь в наступившем молчании Микелис подал знак, что все в порядке и можно продолжать. Главы Орденов вернулись к рассмотрению дела и пригласили обвиняемого рыцаря занять место перед ними.
Взгляд Золотой Луны бесцельно бродил по сводам Зала. Голоса рыцарей снова стали звучать тише, и она не прислушивалась к ним, пока для дачи показаний не вызвали Тассельхофа.
Перед судейским столом возникла маленькая неказистая фигурка. Ничуть не растерявшись, Тассельхоф дал рыцарям полный отчет о своем прибытии в Утеху и рассказал о том, что происходило после этого.
Золотая Луна прежде уже слышала эту историю в Цитадели Света. Она припомнила, как Тас рассказывал о Соламнийском Рыцаре, сопровождавшем его в Квалинести к Палину. Теперь, слушая кендера, она поняла, что рыцарь, представший сейчас перед судом, – тот самый, что обнаружил Таса в Усыпальнице Ушедших Героев, был свидетелем смерти Карамона и остался сражаться с Неракскими Рыцарями, чтобы кендер и Палин могли спастись. Тот самый рыцарь, который выковал первое звено в цепи случившихся событий.
Теперь она с интересом смотрела на рыцаря. Когда молодой человек вошел в Зал, на его лице читалось чувство собственной правоты и оскорбленного достоинства Но когда раздался крик кендера, это чувство сменилось отчаянием и безнадежностью. Он бессильно ссутулился на скамье и поник головой, словно чувствовал, что его судьба уже решена и приговор вынесен. Тассельхоф же, безусловно, наслаждался происходящим.
– Итак, кендер, вы утверждаете, что вам и прежде случалось посещать Совет Рыцарей? – торжественно произнес Повелитель Ульрик, Рыцарь Ордена Меча, явно стараясь своим тоном внушить кендеру представление о значимости церемонии.
– О да, – пропищал Тас – Из-за Стурма Светлого Меча.
– Простите, не понял, – изумленно переспросил Повелитель Ульрик.
