— Самое плохое, сьеры, что мы не знаем планов Руперта! Ваши планы не учитывают возможных движений противника. Крейг, почему ты полагаешь, что Руперт повторит ошибки прошлого года? Руперт мне не показался глупцом. Сэмюель, только часть Лонгшира перешла на сторону бастарда — другая часть, и большая, смею отметить, поддержала герцогиню–вдову. Войти на враждебную территорию — значит завязнуть в мелких боях и стычках, дав Руперту время для сосредоточения сил.
— Государь, в Лонгшир вы можете войти для примирения сторон, ведь Луиза Лонгфордская питает к вам симпатии…. — голос Фостера был тих и вкрадчив.
«Войти в Лонгшир по приглашению обеих сторон, как примиритель, а остаться как победитель, поддержав одну из сторон, но какую? Если сильнейшую — значит — Луизу! Если Луиза меня поддержит, бастард мне не нужен. А Габриель, как быть с нею? Привести и посадить ее на трон герцогов как законную наследницу — достойное и честное дело! Бастард — самозванец, Луиза — всего–навсего бездетная вдова покойного герцога. Габриель — единственная законная наследница!»
Я поднялся из‑за стола, давая знак, что совещание завершено.
— Благодарю вас, сьерры, встретимся завтра, я обдумаю ваши предложения и приму решение!
Габриель я встретил в библиотеке замка.
Кутаясь в меховую безрукавку, она сидела за столом в большом кресле, забравшись в него с ногами. Каменный пол стыл еще по зимнему. Она читала книгу Бранхэрда, вернее перечитывала второй раз, пытаясь извлечь из нее дополнительные крупицы информации. Волосы Габриель спрятаны под чепцом. Глухое теплое платье застегнуто до горла. На руках шерстяные перчатки со срезанными пальцами, как у уличной торговки.
Услышав мои шаги, она подняла голову и улыбнулась.
— Ваш совет был не долог, Грегори!
— Сэмюель и Макконохи поведали свои соображения, и я их отпустил, чтобы подумать до завтра. На самом деле мне нужен твой совет…
— Я не военная, Грегори!
— Идем поплаваем и поговорим заодно!
— Хорошая мысль, я здесь уже начала мерзнуть.
Мы раздевались рядом на одной скамье в розовом зале. Украдкой бросив взгляд на Габриель, я встретил такой же с ее стороны.
Мы рассмеялись.
— Грегори, тебе не кажется, что мы ведем себя как супруги, прожившие вместе добрый десяток лет?
— Мне тоже так кажется…
Габриель выскользнула из юбки и, подбоченись, повела плечами. На ней оставались только чулки с подвязками.
Тугие груди тяжело качнулись.
Я отвел взгляд и сел на мраморную скамью.
Габриель тихо засмеялась и быстро, легкими движениями сняла чулки. Пробежав несколько шагов, с шумом и плеском бросилась в бассейн.
Себя я мог не обманывать. Я хотел ее, и все больше с каждым днем. В чем нам отказано, то нам всегда дороже…
Я долго раздевался и погрузился в воду как только Габриель, отвернувшись от меня, поплыла к водопаду. Разгуливать у нее на глазах с «копьем» на изготовку я не мог. Скромность не та добродетель, что нужна королям, но победить свое воспитание я был не в силах.
Доротея с дочерью осталась в Холлилох. Я оказался прав, ее фигура восстановила свою красоту. Растяжки на ее животе и груди я убрал. Но после того вечера, после присутствия при родах, тело графини не вызывало моего желания, а совсем наоборот… Через месяц после рождения дочери Доротея пришла ко мне в постель, устав ждать меня в своей, и я ничего не смог сделать… Совершенно ничего… Доротея с трудом скрыла свое недовольство, а я на следующей неделе уехал сначала в Хаббард, а потом в Корнхолл.
Любовное фиаско меня напугало… Мне всего двадцать два года и такой конфуз!
Но рядом с Габриель, которая приехала следом за мной, я вновь ощутил себя мужчиной, самцом, черт меня побери!
Моя плоть стремилась к ней, и это трудно порой было скрыть.
Я хотел ее, но она была для меня недоступна… Такое мучительное состояние продолжалось весь месяц, и все это измучило меня до крайности.
Сидя по шею в воде и наблюдая за плывущей ко мне Габриель, я думал только о ее прелестях. Военные планы улетучились из моей головы со скоростью ураганного ветра…
— Грегори, о чем ты мечтаешь?
— Только о тебе!
Габриель была рядом, и ее ладонь ласково прошлась по моей щеке.
— Сегодня мы будем вместе… этой ночью…
Я не верил своим ушам.
— Но ты говорила…
— Пусть катится к дьяволу моя девственность! Тебе ведь нужна герцогиня для Лонгшира, а не магичка–ведьма, от которой не знаешь чего ждать. Тебе нужно мое согласие, и я согласна стать правительницей Лонгшира!
— Твоя проницательность меня пугает порой…
— Не пугайся, милый, ступай наверх, я вскоре приду к тебе… Ты будешь со мной нежным?
Я лежал в полумраке на постели и ждал Габриель, волнуясь словно в первый раз.
Да это и был наш первый раз!
Она пришла, завернувшись в простыню, в мягких меховых туфлях, практически неслышно.
Простыня упала на пол. Габриель легла рядом со мной и укрылась перинкой до подбородка. Ну что ж, если игра в девственницу необходима — я готов подыграть ради столь сладкого приза! Свеча на столике рядом с кроватью была быстро потушена.
Я жадно целовал губыГабриель, а она робко, словно девочка, отвечала мне.
