С юности Контовар испытывал интерес ко всему: читал древние трактаты, общался со знающими людьми и много времени посвящал боевым искусствам. К тридцати годам, он стал известен в различных кругах и его удостоили звания одного из восьми Исполнителей. Эту должность получали самые надежные и сильные подданные короля, им поручали наиболее важные и ответственные задания. Исполнители — особый орден, наделенный таинственной магической силой, возможности которой мало кому известны. Она делала каждого из них не просто хорошим воином, а поднимала на новый уровень. Число посвященных всегда равнялось восьми, ни больше, ни меньше. Об этом слышали все, но причины такого количества и другие подробности оставались тайной. Исполнители успевали везде. Они раскрывали заговоры, ловили преступников, убивали монстров, но действовали скрытно, так что люди потом не могли вспомнить, кто им помог. Их боевая мощь делала Исполнителей надежнейшей опорой короля, а непредсказуемость — ночным кошмаром для врагов Его Величества.
Вот и на этот раз, когда запахло жареным, разбираться отправили Исполнителей. Каждому из них поручили выяснить расположение и численность Недовольных, их цели и планы в каждой из восьми областей. Бунтовщиков Волко презирал — он не мог понять, почему они так ненавидят короля. Его Величество был прогрессивным монархом. Он освободил народ от рабского служения знати, дал им новые права и возможности. Благодаря принятым королем законам, условия жизни в стране улучшились, и каждый мог заработать кусок хлеба с маслом, былые голодные времена ушли в прошлое. Собираясь оправдать надежды Его Величества, Волко с энтузиазмом взялся за поручение.
Контовар — новичок в ордене Исполнителей, получил самое простое задание и для инспекции был отправлен в Каястро. Она была самой отдаленной, малонаселенной и считалась наименее развитой областью, да и слухов о Недовольных оттуда поступало меньше всего. Первым городом в Каястро на его пути был Горт, где и происходили все предыдущие события. Задерживаться там Волко не предполагал — начинать расследование следовало с визита к наместнику в столице области, городе Телене, расположенного южнее.
Конечно, Волко нанес визит начальнику стражи в Горте и расспросил его о Недовольных, но, как и ожидалось, ничего нового не узнал. В городке ни о каких мятежниках и слыхом не слыхивали. Переночевать Контовар остановился на улице Зари, на том самом постоялом дворе, где произошло столкновение ребят с сектой. Бандиты «Драксона» приехали раньше, поэтому сидящую на втором этаже банду Волко не видел. Он лишь обратил внимание, что хозяин какой-то нервный, но не придал этому должного значения. Закончив свои немногочисленные дела, Исполнитель лег спать пораньше, потому что весь день провел в седле и сильно устал, а впереди ждала долгая дорога.
Стого был в замешательстве — его нож застрял в стене позади толстяка, вилка отлетела в сторону при падении, остальные артефакты он оставил в чемоданчике недалеко от города, не предполагая, что попадет в такую переделку. Столсен хотел помочь новому другу, но не знал как — ни оружия, ни плана у него не было. Да и находился он далековато и вмешаться не успевал. Стого приготовился к худшему, но произошло чудо: меч как будто наткнулся на какое-то препятствие в нескольких сантиметрах от бока Багряного и отскочил в сторону. Отдача была настолько сильной, что толстяк отшатнулся и открылся, но Кассетто не воспользовался этим — страх смерти сковал его на секунду, и Мизинцу этого хватило, чтобы принять оборонительную стойку. Первым понял, что произошло, Красковец.
— А, — заулыбался он. — Значит, ты тот самый старик? Мне говорили, что ты можешь вытворять подобные штучки, но не думал, что настолько аккуратно.
— Старики тоже кое-что умеют, — скромно ответил Усто, но было видно, что трюк дался ему непросто: на лбу старика выступил пот, и другой рукой ему пришлось крепко схватиться за подоконник.
— Эй, деда, что ты там сотворил, а? — как всегда встрял Стого, несмотря на серьезность ситуации, к нему вдруг вернулась обычная веселость. — Объясни нам, простым смертным!
— Отталкивающие поля, — вместо Усто ответил Красковец. — Когда Светлые лечат какую-нибудь заразу, создают их внутри человека и выталкивают болезнь, такая вот магия. Но использование полей для причинения вреда запрещено, не так ли, Усто?
— Правда, — кивнул старик, вновь занимая непринужденную позу, он уже пришел в себя и был готов действовать. — Но я не причинял никому вреда, только спас друга от смерти, не так ли?
— Что ж, твоя правда, — хохотнул Красковец. — Значит, трое на одного? Давайте, подходите, всех отделаю!
