— С Дэймоса, — ответил Киран.
— По дому скучаешь? — спросила Элен, и Кирану послышались грустные нотки в её безликом голосе.
— Скучаю… Иногда, — грустно ответил он.
— Отвезти тебя домой?
— На Дэймос? Не надо. Мой дом теперь здесь. Я сам… Когда-нибудь.
— Ясно.
Киран некоторое время молчал, потом всё же решил спросить:
— А как вы догадались, что я не местный? За столько лет никто ни разу не догадался. Я думал, я хорошо скрываю это.
— Может, ты это и хорошо скрывал, — Кирану показалось, что бабушка усмехнулась, — пока не увидел наш самолёт и не указал нам место для посадки, когда мы не смогли открыть ангар. Видел бы ты себя со стороны! Я была уверена, ты угонишь наш самолёт прямо в воздухе, если мы тот час же его не посадим там, где тебе надо. Причём я сразу поняла, что ты знаешь, что это самолёт. Однако ты был слишком молод, чтобы их хоть раз видеть на Каррандре.
— Ясно, — грустно усмехнулся Киран. — От вас ничего не скроешь.
Бабушки не были бы бабушками, если бы не знали, как развеселить внуков в любой ситуации, поэтому следующее, что сказала Элен, было:
— Передать тебе управление?
— Мне? — неподдельно удивился Киран. — Я же не умею…
— Ты хоть хоть раз летал рядом с пилотом? — перебила она его.
— Ну да, с отцом. На месте второго пилота.
— Через плечо заглядывал? — строго спросила Элен.
— Конечно, заглядывал! — возмутился Киран, будто этот вопрос сам по себе был оскорблением в его адрес.
— Вот и отлично! — похвалила его бабушка. — Я передаю тебе управление штурвалом и педалями. Остальное подправлю, если надо будет. Второй пилот Киран, передаю тебе управление. Выполнять!
Киран крепко сжал штурвал, который он не выпускал ни разу из рук с тех пор, как самолёт взлетел. Вцепился в него так, будто от этого сейчас зависела его жизнь. Да, в принципе, оно так и было.
Самолёт летел над облаками, а Киран замер, боясь пошевелиться, но не прошло и пяти минут, как он осмелел и с улыбкой от уха до уха и задорным блеском в глазах слегка потянул штурвал на себя. Самолёт набрал немного высоты, и Киран его выровнял. Через несколько минут он начал плавно отводить штурвал от себя, и самолёт нырнул к облакам. Сегодня он был рад им как никогда в жизни — они были видимой и безопасной границей для его робких попыток управлять самолётом. Киран снова выровнялся над облаками и ещё долго летел прямо. Через четверть часа он решился попробовать поворот…
Следующие два часа Элен его направляла и подсказывала. Бабушка учила внука играть в самолётики, а он всё с той же безумно радостной улыбкой на лице внимательно её слушал, всё запоминал и исполнял в точности до мельчайших подробностей. И лишь только перед самой посадкой Элен забрала управление на себя.
Стоило Кирану спрыгнуть на землю после посадки, как он понял, что на грифонах больше летать не сможет. Никогда. Не то это…
Однако своё «никогда» ему пришлось отложить до завтра, ведь не оставлять же «девушку» с бабушкой в лесу? А вот самолёт пришлось снова оставить, и теперь Киран скучал по нему ещё больше.
Когда вернулся грифон, Киран доставил бабушку к усадьбе графини, а сам вернулся на корабль.
— Я же тебя отпустил до вечера, — нахмурился он, увидев идущего к нему Леона. — Что ты здесь делаешь?
— А что мне делать там, капитан? — пожал плечами Леон. — Здесь мне как-то уже привычнее. Эрику я твою просьбу передал.
— Привычнее, говоришь, — усмехнулся Киран и понял, что парня пора гнать с корабля взашей, пока тот к нему окончательно не прирос. Но мысли эти он оставил при себе, а вслух лишь сказал: — Тогда принимай свои привычные обязанности, а в отгул вместо тебя пойду я.
— Слушаю, капитан, — безэмоционально ответил Леон и безропотно пошёл к грифону.
Киран же отправился бродить по городу.
Прошлый раз, когда ему напомнили о самолётах, он с горя напился. Сейчас же горя у него было не меньше, а вот напиться уже не позволяли обстоятельства. Марк обещал сегодня прийти в себя, а значит, скорее всего, завтра они все соберутся на совет. Киран знал, что ему будет стыдно показываться утром бабушке на глаза с похмелья, да ещё и присутствовать в таком неважном виде на важном собрании.
«Это всё бабушка виновата!» — с досадой думал он, продолжая трезвым шляться по городу до самой ночи. С наступлением темноты он пришёл в усадьбу графини Дэйнеры и завалился спать в первую же попавшуюся ему на пути гостевую комнату.
Наутро он не особо удивился, когда Марк пригласил их всех поболтать. Не особо удивился он и рассказу бабушки. Правда, его всё время мысленно передергивало, когда она называла вещи не своими именами, делая поправку на необразованность местных.
«Бабушка, ну какие ещё „птицы“, блин? Детский сад какой-то! — мысленно возмущался он. — Ну скажи уже им, что к нам летит межзвёздный авианосец или что там на самом деле летит. Что он несёт на борту самолёты. Пусть сразу правильно запоминают, всё равно придётся…»
