Пока Леон сидел в глубоких раздумьях, Эрнест с Вильгельмом ушли в соседнюю комнату, чтобы ему не мешать.
Начиная с седьмого этажа, все комнаты Башни Тренировок были двойные, с внутренней дверью между ними. Первая от входа была жилой и выглядела так же, как и комнаты на других этажах. Вторая — мастерской. Если магам не хватало места в их мастерской, они проводили свои исследования в общей мастерской, которая занимала всю центральную часть этажа, по аналогии с аренами этажами ниже.
Леон встал с дивана и постучал в закрытую дверь мастерской Вильгельма:
— Эрнест, у меня к вам несколько вопросов, — вежливо сказал он через дверь. Он уже пришёл в себя, и к нему обратно вернулось уважение к старшим.
Эрнест открыл дверь, оценивающе глянул на Леон и спросил?
— Пришёл в себя?
— Более-менее, — честно ответил Леон.
Эрнест обернулся через плечо и спросил:
— Вил, мы тут поболтаем, если ты не против?
— Болтайте, — равнодушно сказал Вил. — Нужен буду — зови.
— Идём за стол, — махнул Эрнест Леону и пошёл к квадратному обеденному столику, что стоял рядом с двухэтажной кроватью. — Разговор может затянуться.
— Спрашивай, — сказал Эрнест, когда они расселись друг напротив друга.
— Ванессу украли после того, как она сбежала из дома? — спросил Леон.
— Да, — спокойно ответил Эрнест.
— После этого её пытали, а через несколько недель вернули?
— Верно.
— Известно, кто это сделал?
— Да, советник Дэмис.
— В смысле? — не понял Леон. — Советник её вернул?
— Советник её «украл», пытал и вернул, — холодно ответил Эрнест.
Видимо, чай Вильгельма всё ещё действовал на Леона, и тот спокойно попросил:
— Я запутался. Давайте сначала.
— Я бы хотел сначала услышать твою версию, Леон, — спокойно сказал Эрнест. — Чтобы понять, насколько я могу тебе доверять и насколько ты готов нам помочь. От этого зависит то, сколько я могу тебе рассказать. Что тебя связывает с Ванессой?
Леон подумал, что всё, что бы он мог рассказать здесь, особого вреда ему бы всё равно не нанесло, и решил рассказать как есть.
— Я перед ней в долгу, — спокойно начал рассказывать он, глядя на Эрнеста. — Она помогла мне спасти друга и отдать ему мой Долг Жизни. Взамен попросила покатать её на грифоне. Я согласился. Сначала я пытался выучить теорию езды на грифонах в Библиотеке Гильдии Магов, но это ни к чему не привело, а вскоре мне понадобилось уйти по неотложным делам. Я обещал вернуться через несколько недель, но во время моего путешествия я нашёл возможность всё же научиться летать на грифонах. Для этого пришлось задержаться на несколько месяцев. Я научился, вернулся, и если я покатаю её на грифоне, то мы будем в расчёте, однако…
Леон запнулся, посмотрел в сторону и продолжил уже менее уверенно:
— Мне кажется, её побег мог быть связан с моим письмом, в котором я написал, что задерживаюсь на неопределенный срок. Она могла истолковать его неверно и сама сбежать кататься на грифонах. Не знаю, почему это для неё было так важно, но другой версии у меня нет.
Леон снова посмотрел на Эрнеста:
— Так это или нет, но я всё равно чувствую свою вину, поэтому хочу как-то исправить то, что произошло.
— Это объясняет её внезапный побег, — задумчиво сказал Эрнест. — Но! Твоей вины здесь лишь капля в море. Да, Ванесса, скорее всего, сбежала из-за тебя, но это было не «причиной» её мучений, а лишь «поводом», которым воспользовались. Я и сам не могу понять, «зачем» с ней это сделали, и на этот вопрос тебе ответить не смогу. Теперь слушай мой рассказ, и начну я его издалека…
Леон в полнейшем ужасе слушал рассказ Эрнеста. Он то бледнел, у него начинало колоть в груди, то в бешенстве вскакивал, собираясь бежать убить Дэмиса, то смотрел перед собой пустым взглядом и не понимал, как такая маленькая и хрупкая девочка могла всё это вытерпеть сама, и как он ни разу не заметил, что с ней что-то не так за все те пять лет, что её знал. А виделись они не реже, чем раз в два месяца.
Рассказывал Эрнест вот что:
