— Помогите!!! — заорал Леон, оборачиваясь.
— Она с тобой? — спросил быстро подошедший к нему человек с копьём и присел на корточки, проверяя пульс на шее.
— Да!
— Ещё жива, — быстро сказал он и обернулся к своим: — Рэн! Элизара сюда! Срочно! Он на первом этаже!
Рэн тут же сорвался с места и выбежал за дверь.
— Снимай сюртук! — приказ он Леону, и когда тот судорожно разделся, свернул его в трубу и обвязал Кэти, плотно затянув повязку рукавами.
— Вставай! — снова приказал он Леону. — Понесешь её на первый этаж и жди Рэна у лестницы.
Леон тут же вскочил и попробовал поднять Кэти, но она оказалась неподъемной.
— Не могу… — в ужасе начал он, но незнакомец его перебил:
— Понесешь на спине. Вставай на одно колено.
Леон тут же рухнул на колено, и незнакомец взвалил ему бессознательную девушку на спину. Леон подхватил Кэти под ноги, а незнакомец помог ему встать.
— У тебя менее четверти часа. Марш!
Леон и рад был бы сорваться с места и побежать, но у него было чувство, будто он несёт гору на плечах, и он лишь смог неуверенно идти на подкашивающихся ногах.
'Кто такой Элизар⁈ Что вообще происходит⁈ Это люди Эрнеста⁈ — роились мысли в его голове, но одна всё настойчивее и настойчивее затмевала все остальные:
«Меньше четверти часа!!! Меньше!!! Всё меньше и меньше!!!»
Она подгоняла его лучше любых копий и артефактов, и с каждым шагом он шёл всё увереннее и быстрее, но бежать всё равно не мог. Не успел он дойти до лестницы на первый этаж, как по ней вверх уже бежал Рэн, а у подножия стоял какой-то подросток.
«Это Элизар?» — лишь успел подумать он, как подросток сорвался с места и скрылся в коридоре, уходящем направо.
— Давай помогу! — подбежал к Леону Рэн и стащил девушку со спины Леона себе на руки.
«Это я такой немощный?!!» — офигел Леон, видя, как Рэн, не особо напрягаясь, бежит с ней вниз по лестнице, будто пушинку несёт.
Леон вышел из ступора только тогда, когда Рэн скрылся в том же коридоре, что и подросток, и помчался следом.
Эрнест пришёл к себя, но все не мог понять, почему вокруг кромешная тьма и невыносимо болят глаза.
«Кэти мне глаза вроде не выцарапывала, — лениво усмехнулся он, даже уже не пытаясь пошевелиться и смиренно дожидаясь своей смерти. — Я ещё могу дышать. Значит, вся весёлуха ещё впереди… А я считал тебя другом, Вильгельм. Мог бы хоть по старой дружбе выдать Кэти что-то, что убило бы меня сразу. Чем я так перед тобой провинился? Я даже твоё любимое печенье раздобыл, когда в Башню вернулся, зная, что ты за него душу готов продать. А… Вот оно что… Это ты душу Дэмису за печенье продал?..»
Эрнест начал мысленно ржать, а в его голову медленно заползал всё более нелепый бред, и он понял, что медленно и уверенно сходит с ума.
«Может, в таком состоянии и задыхаться не так страшно? — равнодушно подумал он. — Может… — тут скрипнула дверь, он услышал, как в комнату вошло двое, и закончил свою мысль иначе: — Меня добьют, чтобы не возиться?»
— Это ваш? — спросил незнакомый мужской голос.
— Да, — ответил смутно знакомый, тоже мужской, но помоложе.
Эрнест всё пытался вспомнить, где он его мог слышать, но так и не смог.
— Мда, любят у вас тут над людьми издеваться, — сказал незнакомец.
Эрнест почувствовал, что кто-то дотронулся до его шеи, а потом положил ладонь на грудь.
— Он парализован, но жить будет, — продолжил незнакомец. — Мне надо с четверть часа, чтобы привести его в состояние, когда его жизни ничего не будет угрожать. Но его выколотые глаза я так быстро восстановить не смогу. Найди пока остальных.
Кто-то вышел снова за дверь, но Эрнесту было не до этого.
«У меня выколоты глаза? — неподдельно ужаснулся он, отнюдь не обрадовавшись, что будет жить. — Как я буду жить без глаз⁈»
У него перехватило дыхание и бросило в жар, следом в холод, сердце забилось часто-часто.
«Как я буду жить без глаз⁈» — как заклинание повторял он раз за разом.
Вдруг от ладони на его груди растеклось приятное тепло, и добродушный голос произнёс:
— Не переживай ты так, я исцелю твои глаза, но не сейчас. Подходишь пару дней во тьме, ничего с тобой не случится.
Сердцебиение Эрнеста начало замедляться само собой и приходить в норму, а ещё через несколько мгновений всё тело закололо, будто его пронзили тысячи игл.
— Пробуй шевелить пальцами рук и ног, — требовательно приказал голос. — Пробуй через возникающую боль. Так будет быстрее.
Эрнест услышал простой приказ и, отбросив все мысли прочь, сосредоточился на его исполнении. Сначала ничего не происходило, но через несколько минут его ментальные усилия были вознаграждены, и он почувствовал резкую и противную боль в руках и ногах, сродни той, которую ощущаешь, когда затекает и немеет нога, но в десятки раз сильнее. Боль его не остановила, и он продолжал упражняться, пока не понял, что уже может шевелить руками и ногами, пусть и не очень уверенно.
— Садись, — приказал голос и убрал ладонь с его груди.
Эрнест с горем пополам перевернулся на бок и, всё пытаясь опереться на плохо слушающиеся руки, с десятой попытки кое-как уселся, продолжая упираться в пол руками.
