Настя встала и выдернула из-под Марка покрывало, а потом, отобрав подушку, накрыла его сверху вместе с головой. Сама улеглась рядом под покрывало и спрятала его голову у себя в груди.
— Так лучше? — спросила она, поглаживая его по волосам.
— Ты думаешь, я так усну? — спросил он, пытаясь отстраниться, но она его крепко держала.
— Придётся, — невозмутимо ответила девушка и закрыла глаза. — Я спать собираюсь.
Но вскоре под покрывалом стало душно, и она отвернула край, чтобы было чем дышать.
— Я тебя больше не отпущу, — тихо сказала она.
— Я тоже, — послышалось в ответ.
— Удержишь? — усмехнулась она.
— Придётся, — вздохнул Марк.
— Ты чего это вздыхаешь? — возмутилась Настя и его отпустила.
— Дышать нечем, — невозмутимо ответил Марк и откатился на спину, отворачивая край покрывала.
— Странный ты сегодня.
Марк лишь усмехнулся.
— Я тебе чай сделала, если ты вдруг спать передумал, — сказала Настя, садясь на кровати и спуская ноги на пол. — Я пойду прогуляюсь.
— Не уходи, — схватил её за руку Марк.
— Почему?
— Просто не уходи! — скомандовал Марк и, резко сев на кровати, накрыл её покрывалом с головой.
— Что ты… — хотела было она спросить, но он зажал ей рот рукой и прошептал «Тихо».
За окном промелькнула тень, но Марк её отпустил лишь через несколько минут.
— Ты свихнулся⁈ — тут же возмутилась она. — Ты что творишь⁈
— Я тебя прячу, — улыбнулся Марк и нежно погладил её по щеке. — Нашёл, а теперь прячу.
— Ты невыносим, — отпихнула его Настя. — Проспись.
— Скорее, «проснись», — усмехнулся он и встал с кровати. Он направился в обход кровати к окну, а Настя воспользовалась свободой, резко спрыгнула вслед за ними, но побежала к двери.
— Стой! — послышалось сквозь закрывающуюся дверь спальни, но она уже была на полпути к сеням.
Девушка успела добежать до входной двери и резко дёрнула её на себя, но дверь оказалась заперта. Она быстро отодвинула засов и открыла дверь нараспашку — за ней был непроглядный мрак. Не успела она удивиться, как Марк резко оттолкнул её от двери — она упала на пол — и захлопнул дверь. Дверь тут же исчезла.
— Твою ж мать! — выругался Марк, хватая её за руку и поднимая с пола. — Нас нашли. Теперь придётся бежать.
Настя всё стояла и смотрела на него, хлопая глазами, даже не успев обидеться на то, что он её только что толкнул. Стены дома исчезали одна за одной, а непроглядная тьма за ними начинала рассеиваться, превращаясь в темный и мрачный лес.
Марк окинул её взглядом сверху вниз и усадил на лавку у бывшего входа
— Надевай сапоги, — приказал он. — Быстрее!
— А? — всё не могла понять, что происходит Настя.
Марк присел и сам натянул на неё сапоги.
— Слушай внимательно, — серьёзно посмотрел он на неё. — Ты бежишь до последнего вздоха, а потом продолжаешь бежать. Не оглядываться! Если тебя поймают, то ты здесь и останешься.
— А ты?
— Я свихнусь, — усмехнулся Марк и поднял её с лавки. — Всё! Бежим!
Лавка тут же исчезла, а Марк, схватив её крепко за запястье, побежал и потянул её за собой прямо сквозь мрак.
Вскоре перед ними зажглись шаровые молнии, и непроглядный мрак оказался ночным лесом.
«Только что ж было светло?» — удивилась Настя, но вслух спросила:
— И долго нам так бежать?
— До рассвета, — твёрдо ответил Марк.
— А потом?
— А потом ты будешь бегать со мной по ристалищу Касты Следопытов. Слово Чести.
— А скоро рассвет? — продолжала допытываться Настя и всё не могла понять, почему ей бежится как-то особенно легко.
— Как только мы выберемся из леса.
— И ты знаешь дорогу? — весело спросила она.
— Нет, — серьёзно ответил Марк. — Но я найду. Просто беги.
Вдруг её окутала тьма, и всё исчезло: и Марк, и лес. Она начала переходить на шаг и попыталась осмотреться по сторонам, но тут кто-то её резко дернул за руку и проорал над самым ухом: «Сгинь!». Тьма рассеялась, и она нашла себя в объятиях Марка. Его сердце бешено стучало в груди, к которой он её прижимал и закрывал ей глаза рукой
— Прошу, — взмолился он. — Поверь мне хоть раз. Один лишь раз, а потом сомневайся хоть всю оставшуюся жизнь.
«Звучит, будто он сейчас разрыдается от безысходности, — удивилась Настя. — Ладно, сыграем по его правилам».
— Верю, — ответила Настя. — Что мне делать?
— Закрой глаза рукой. Ни за что их не открывай, пока я не разрешу! Когда будешь готова, я убираю руку.
Настя закрыла глаза и ответила:
— Готово.
Марк убрал руку, и она закрыла глаза ладонью. Он подхватил её на руки и побежал дальше…
Под подушкой я лежал с полчаса, пока меня не перестало «тошнить» от всего, что я наговорил. Потом я из-под неё всё же выбрался и, перевернувшись на спину, уставился в дощатый потолок.
Только сейчас до меня дошло, «что» я дал Настеньке, чтобы писать, и с облегчением подумал: «Хорошо, что я там ничего личного никогда не писал».
