Нори нехотя отвлеклась и посмотрела на Кирана недовольным взглядом графини Дэйнеры.
— Графиня Дэйнера, мне надо слетать за Марком. Буду обратно с ним недели через полторы в Вашей усадьбе. Прошу Вас присмотреть за Миледи Элен и отцом Марка, Рэдом.
Графиня Дэйнера утвердительно кивнула и снова переключилась на «Нори» и бабушку.
Киран встал, обошёл столик и, подойдя к Нори, поцеловал её в макушку.
— Не скучай, — ласково сказал он, но был проигнорирован и вышел за дверь.
Нори услышала знакомые хлопки крыльев, заподозрила неладное, но тут же об этом забыла.
Только перед сном, прокручивая в голове всё произошедшее за сегодня, она полностью воспроизвела всю цепочку событий. Элеонора поняла, что Киран улетел за Марком на грифоне прямо с корабля, что завтра надо срочно брать курс на Марингерд, чтобы успеть быть дома раньше него, и что она даже не попрощалась. Ей стало немного стыдно, что она променяла сегодня своего парня на бабушку, и она решила потом как-то извиниться, но уснула и об этом забыла. Наверное, это была особая «магия» бабушек, оберегающая внучек от потрясений.
Бабушка Элен О’Ния Эренская
Киран рассчитал своё путешествие в Эвенну с точностью до одного дня и с запасом в один день на поиски Ордена Ниев и Марка, но природа решила иначе. А точнее, все его планы пошатнулись из-за природного явления под названием «Весна».
Лететь на грифоне через Дремир воспрещалось — сбили бы тут же. Воздушные войска дремирян всегда были на страже и неусыпны, а Киран не настолько спешил, чтобы с ними связываться. Пришлось лететь в обход через Весталию, а затем пересекать ещё и Каанно-Тану с Роной и пол-Эвенны.
Загнать грифона в туннель не смог бы даже Киран, но ему и в голову бы это не пришло, поэтому, чтобы пробраться в Каанно-Тану из Весталии, у него оставался один лишь способ — над горной грядой, разделяющей две страны.
Как ни всматривался Киран в скалы под ними, как ни пытался облетать потенциально опасные места, беды избежать не удалось. Ну, как беды? Беды — для Кирана, а нового романтического путешествия длиною в жизнь — для его грифона. Глаз «девушки» Кирана оказался всё же зорче и намётаннее, чем у него, и прекрасного нового самца-грифона она всё же для себя высмотрела.
Когда его «девушка» резко спикировала вниз, и Киран разглядел, что они мчатся к грифоньему гнезду на скале внизу, он тяжко вздохнул, сложил руки на груди и принялся ждать, что будет дальше. Он уже понял, что она променяла его на другого самца, но ещё не было понятно, на этого ли.
Это был не первый случай в жизни Кирана, когда от него уходили девушки, и обычные, и грифоны, и он их никогда не удерживал ни силой, ни уговорами. Однако в данном случае ему всё же надо было сначала забрать у своей бывшей «девушки» и сёдла, и поклажу.
Когда его бывшая «девушка» грациозно приземлилась неподалёку от гнезда, где вальяжно разлёгся её избранник, Киран сообщил ей, что если она будет уверена в своём выборе, он тут же снимет с неё сёдла и поклажу и уйдет. Если нет, то попросил её взять его с собой для дальнейших поисков.
«Девушка» согласилась, Киран с неё слез, тактично отошёл подальше и отвернулся.
Как там «присматривались» грифоны друг к другу — Киран не подглядывал. Он смотрел на горизонт, пытаясь по признакам расположения и форме гнёзд определить, куда именно ему теперь путь держать за новым грифоном. Идти через горы пешком он не собирался.
«Девушка» подошла сзади и осторожно потерлась клювом о плечо Кирана.
Это приблизительно значило:
Киран обернулся. Дотронуться до грифона он уже не имел права и лишь искренне сказал:
— Поздравляю, милая! А теперь идём к твоему избраннику просить разрешения снять с тебя поклажу.
«Девушка» одобрительно фыркнула, и они пошли вместе к гнезду.
— Прошу Вас, Сударь, — Киран говорил учтиво, — разрешить снять с Вашей девушки сёдла и поклажу.
«Сударь» фыркнул, что приблизительно означало:
Киран снял и свалил, прихватив с собой лишь одно седло и сумку с припасами. Дальше его путь лежал не на запад, в Каанно-Тану, а на юг по хребту.
Самцы-грифоны, которые искали себе пару, строили гнёзда ближе к северу, тем самым заманивая самок туда на гнездование и выведение потомства. Гнёзда они строили большие: из камней и веток, со стенами и крышей. Ни то, ни другое не защищало грифонов в гнезде ни от дождя, ни от ветра, но, видимо, они считали, что так уютнее. Самка сама решала, сколько она хочет потомства, выбирая самца по размеру гнезда — больше гнездо, больше потомства.
