— Соберусь, — твердо сказал я. — Дайте мне ещё сутки.
— Договорились, — отпустил меня брат.
Я ушёл. Вышел из усадьбы и пошёл бродить по улицам Марингерда — доставать мысли из кучи и раскладывать их по полочкам.
'Настя. Мне некуда возвращаться. Я тебя найду. Спрошу. Позволишь? Буду рядом. Навсегда.
Бабушка. Тебя нашёл мой брат. Он хороший внук. Достойный тебя. Ты же пришла за помощью? Я тебе помогу. Всегда.
Киран. Ты мой брат. Старший. Я буду и дальше на тебя равняться. Друзья приходят и уходят. Братьями остаются. Навсегда.
Яромир. Я обещал. Я вернусь. Я доделаю всё до конца. Я держу слово. Всегда.
Эрик. Ты мне не друг. Ты моя зависимость. Я хочу избавится от зависимости. Навсегда.
Мне пора идти дальше. Я иду только вперёд. Всегда'.
Сделал круг по городу. Собрался. Пришёл туда же, откуда и уходил — к усадьбе графини Дэйнеры.
Теперь я решил, что точно завязал — связал все концы разбегающихся мыслей в один единый узел. Мне не надо его больше распутывать — он как солнце, которое горит во мне, а мысли — его лучи. Они не разбегаются, а сходятся к центру.
Теперь я не пью. Завязал. Мне больше без надобности.
Пошёл спать.
Проснулся я рано, ещё на рассвете, и мне стало тревожно, будто я упускаю что-то важное и это срочно надо навёрстывать. Я быстро привёл себя в порядок, разыскал прислугу и попросил меня проводить в какую-нибудь комнату, где я всех могу подождать. Меня провели в комнату с большим круглым столом и креслами по кругу и сказали, что всех предупредят, что я их жду, когда они проснутся.
Я сел в кресло напротив входа и стал ждать. Просто ждать, ни о чём не думая.
Первым пришёл незнакомый мужчина, поздоровался и сел за стол, ни далеко, ни близко от меня. Больше он ничего не сказал, а мне разговаривать с ним почему-то не хотелось.
Пришёл Киран, поздоровался, странно на меня посмотрел и сел напротив мужчины.
Бабушка пришла вместе с Элеонорой, они поздоровались и сели вдвоём напротив меня.
— Ну, рассказывайте, — усмехнулся я. — Что у вас тут стряслось, пока я бездельничал?
— Расскажу, — спокойно ответила бабушка. — Но сначала завершим старое дело.
Она облокотилась на стол, пристально на меня посмотрела и слегка отвела руку в сторону, указывая на незнакомого мужчину.
— Ты с ним познакомился? — требовательно спросила она.
— Нет, — равнодушно ответил я.
— Придётся, — приказала бабушка. — Это Рэд О’Ний Эренский, твой отец.
Я обернулся к Рэду и равнодушно сказал:
— Марк О’Ний Эренский. У меня нет отца. Будем знакомы, Рэд.
— Рад знакомству, Марк, — спокойно ответил Рэд, и я вновь посмотрел на бабушку.
За столом повисла странная тишина. Я немного подождал — больше никто не высказывался по этому поводу, и я подытожил:
— Я так понимаю, старое дело на этом закрыто. За какой помощью ты пришла, бабушка?
— Я пришла за помощью, как Элен О’Ния, — ответила бабушка.
— Понял. Чем я могу помочь Элен О’Нии? — спокойно спросил я.
— Начну с того, «что» мне надо, потом скажу «зачем», а «как» ты это сделаешь — решать тебе.
Я кивнул.
— Мне нужно, чтобы ты в кратчайшие сроки прибыл в Дремир. Мне сказали, что у тебя есть связи с людьми из поселения Яренка, что на Окраине. Я тебе передам документы, их нужно доставить Старейшине Яренки или Главе любой из Каст лично в руки и уточнить, что это очень срочное дело. Скажи им, что я, Элен О’Ния, выйду с ними на связь приблизительно через месяц в Граде на Эвенне. Это всё. Дальше волен делать что хочешь. Я тебя найду, если понадобишься.
— Принял, — подтвердил я, но тут же понял, что снова теряю связь с бабушкой, и быстро спросил: — А как «я» смогу тебя найти, если ты мне понадобишься?
— Теперь ты всегда сможешь меня найти через Орден Ниев в Эвенне, — твёрдо ответила бабушка.
— Понял, — подтвердил я, и мне немного полегчало.
— Теперь я расскажу «зачем», но уже как бабушка, — грустно сказала она и откинулась на спинку кресла. — А начать мне придётся издалека…
Я слушал бабушкин рассказ, не верил своим ушам и всё время вспоминал Эрика. Теперь я понял, что его исследовательские затеи были не просто ребячеством, а единственным возможным способом понять, как устроен этот мир, откуда мы пришли и что нас ждёт впереди. А ещё точнее: не ждёт ли нас что-то, к чему мы можем оказаться совсем не готовы? Оказалось, ждёт… А рассказывала бабушка вот о чём:
