л. 16 об. чтобы отрубить Никандру голову, если не ввергнет их в огонь. Никандр же предпочел умереть за Господа нашего Иисуса Христа и сказал безбожному князю: «Мы крестам поклоняемся и целуем их». Тогда злочестивый князь повелел устрашить его смертью: резать понемногу шею Никандру и давать ему кресты, чтобы бросил их в огонь. Он же не хотел этого сотворить, И безбожный князь повелел теми крестами, взяв за шнурок, немилосердно бить Никандра. Но он никак не подчинялся. И внезапно напал страх на безбожного царя Ахмата, и побежал он. Тогда и тот князь побежал. А Никандра в одной сорочке и босого бросили на льдине, и из-за сильного мороза пальцы на ногах его отмерзли. И после ухода //
л. 17 безбожных взяли его, едва живого, в город; был он по своей воле мучеником и без крови принял венец.
Никандр был благоразумным человеком: хотя и не научился писать, но со слуха все в памяти хранил и разумел, скольких благ сподобил его Бог, что не отрекся от него и не бросил в огонь честного креста, только сильно печалился, что не умер мученической смертью за Христа. И поэтому он пожелал отречься от мира, и пришел в монастырь к старцу Иосифу, и стал монахом. С ним и я долгое время жил. Никандр пребывал в монастыре 43 года, исполненный всякими добродетелями: нестяжанием, и послушанием, и молитвой, и слезами; около тридцати лет служил больным, не имея даже своей кельи. Воздержание такое творил, что всегда, до //
л. 17 об. самой смерти, не все, принесенное братиею, брал, но и обычно принимаемую пищу оставлял, говоря, как старец Иосиф: «Это часть Христа моего». О всех его добродетелях нельзя сказать мимоходом; это ему Бог помог совершить за то, что Никандр не отрекся от него не бросил в огонь великого и честного креста.
л. 18 службе. Случилось так, что он, заболев, умер. Его же, как принято делать с умершими, обрядили и понесли к той церкви, чтобы предать погребению. Как только хотели положить его в гроб и засыпать землей, мать, беспрестанно рыдая, и ударяя себя в грудь, и терзая волосы, с громким воплем стала молить пречистую Богородицу и биться головой о гроб сына своего, говоря: «Верни мне, Владычица мира, живого сына и разреши вдовство и сиротство!» И долгое время плакала горько, не давая положить его в гроб, так что и другие с ней плакали. И когда подняли его, чтобы положить в гроб, вдова упала на землю, горько рыдая. И вдруг пришел в движение умерший. И, открыв, распеленали его, как //
л. 18 об. некогда Лазаря*. Он же тотчас встал здоровым, будто никогда не болел. А бывшие тут воскликнули: «Господи, помилуй!» — и со многим удивлением и страхом со вдовицей и ее сыном долго прославляли преславную Богородицу, сотворившую такое страшное чудо. И с того времени до второй смерти «Мертвым» звали его.
И спросили его, видел ли что он там А он отвечал: «Ничего не помню». И стало ясно, что, если и видел он там бывшее, то забыл, потому что до нынешней смерти пробыл в этой жизни до сорока лет и все забыл, что в те годы было. Но когда воскрес, будто бы второй раз родился: и тамошнее, и здешнее — все забыл, подобно тому, как нам часто случается во сне видеть, про//будившись
л. 19 же, все забыть. Как и о Лазаре писано, что ничего не поведал: или не позволено было видеть, или и видел, но не разрешено ему было рассказывать».
Бывает и другая смерть людям: по виду как мертвый, но душа его в нем, это бывает с пораженными молнией и громом. Как Анастасий-царь поражен был громом* и вскоре положен во гроб, а потом ожил и начал кричать во гробе, так же и в наше время некий юноша поражен был громом, и его вскоре погребли, и говорили о нем, что кричал в гробу. Так же и некоторые из тех, что вином горючим опивались или от угару умирали, после нескольких дней оживали, потому что души их еще в них были //
