л. 66 на городской стене Владимира, сражаясь с Давидом Игоревичем. Узнав стрелу свою, которой убил Василия, он сказал: «В этот день умираю за блаженного».
Да сбудется сказанное Господом: «Всякий, взявший нож, от ножа погибнет»*. Как он беззаконно убил, так и сам беззаконно убит был. Феодор же и Василий приняли мученический венец о Христе Иисусе, Господе нашем.
Всякая душа простая свята, не имеет лукавства в себе, ни лести в сердце*. Такой [человек] праведен пред Богом и людьми, не может совершать безрассудные поступки, потому что он сосуд Божий и жилище Святого Духа, и от этого освящается и тело, и душа, и ум*, как сказал Господь: «Я и Отец к нему придем и обитель в нем сотворим*. Вселюсь, — сказал, — в них, и буду ходить, и буду их Богом, и они будут моим народом»*. Апостол же [сказал]: «Вы церковь Бога живого, и Дух Святой живет в вас»*. Такие [люди] на земле живут, как ангелы, и на небесах с ними вовеки радуются: как в жизни неразлучны с ними были, так и после смерти с ними веселятся, о чем мы скажем и в конце этого слова.
Блаженный Спиридон вместе с Никодимом пек просфоры по повелению печерского игумена Пимена Постника*. На протяжении лет они, единые умом и нравом, добросовестно трудились в пекарне, честно и непорочно совершая службу. Спиридон пришел в иночество не из города, а из села, он был необразованным человеком, но выучил наизусть всю Псалтирь. Придя в пекарню, //
л. 66 об. он своими руками, с особым благоговением работал, принося Богу жертву чистую от своего труда. Плод же уст его, — живая словесная жертва, — приносилась от него всемогущему Богу от всех и за всех: беспрестанно поя Псалтирь, Спиридон каждый день прочитывал ее до конца; колол ли он дрова, месил ли тесто, она постоянно была у него на устах.
И однажды, когда сей блаженный совершал свою обычную работу с особым благочестием, случилось ему, как всегда, затопить печь для печения просфор, но от огненного жара загорелась кровля дома. И Спиридон, взяв свою мантию, закрыл ею устье печи*; завязав рукава рубахи, он, взяв ее, побежал к колодцу, и, налив в нее воды, быстро устремился назад, призывая всю братию гасить печь и пекарню. И монахи, прибежав, увидели дивное явление: не вытекла из рубахи вода, которая угасила силу огненную.
Большое усердие требуется, чтобы вспомнить всех, и восхвалить, и воздать должное о Господе скончавшимся здесь, в божественном монастыре Печерском. Скажем словами Давида: «Торжествуйте, праведные, о Господе, праведным подобает похвала! Стройно пойте ему с восклицанием на десятиструнной псалтири!»* Но те двенадцать часов Богу молились, творя угодное ему*, которые от юности предали себя Богу; насажденные в доме Божьей Матери, они процветут в чертогах Бога нашего и еще умножатся в старости маститой, как и сей [Спиридон].
Блаженный Алимпий был отдан родителями своими учиться писать //
л. 67 иконы. Это было во дни благоверного князя Всеволода Ярославича, при игумене Никоне, когда по воле Бога и пречистой его Матери против своего желания прибыли в ладье из Царьграда греческие иконописцы, чтобы расписать Печерскую церковь, как о них рассказано в письме Симона*, когда явил Бог чудо страшное.
Когда мастера украшали мозаикой алтарь, вдруг образ пресвятой и пречистой владычицы нашей Богородицы, Приснодевы Марии сам изобразился, а они все были внутри алтаря, выкладывая мозаику, Алимпий же помогал им, учась. И увидели все дивное и страшное чудо: смотрят — образ владычицы нашей Богородицы и приснодевы Марии засиял ярче солнца, так что невозможно было глядеть на него, и в ужасе пали они ниц. Только они приподнялись, чтобы видеть свершившееся чудо, как вдруг из уст Богородицы вылетел голубь белый, и полетех вверх, к образу Спасову, и там скрылся. Они же все стали смотреть, не вылетел ли он из церкви, но на глазах у всех голубь снова вылетел из уст Спасовых и стал летать по всей церкви. Прилетая к каждому святому, одному на руку садился, а другому — на голову; слетев же вниз, голубь сел за наместной чудной иконой Богородичной. Стоявшие внизу хотели поймать голубя, приставили лестницу, но не нашли его ни за иконою, ни за завесою. Всюду смотрели они, не зная, куда скрылся голубь, и стояли все, взирая на икону, и вот снова пред ними вылетел голубь из уст Богородицы, стал под//ниматься
л. 67 об. вверх, к образу Спасову. Закричали стоявшим вверху: «Ловите, ловите!» Те же простерли руки, чтобы поймать голубя, но он влетел в уста Спасовы, откуда и вылетел. И вот опять озарил их свет, ярче солнечного, ослепляя глаза человеческие. Они же, пав, поклонились Господу. С ними был и блаженный Алимпий, воочию видевший Святого Духа, пребывающего в той святой и честной церкви Печерской.
