Фельмор поднялся на вдруг ставшими непослушные ноги, сам удивляясь такой слабости, и с улыбкой кивнув сестре, допив из кубка вино, бросив взгляд на спящего Иргера, медленно направился к двери, понимая, что совсем в скором времени решится вся его дальнейшая жизнь. Так что его ждёт? Смерть или всё же величие? Не были ли напрасными все его мечты и грёзы? Вдруг Вальхар решит сразу устранить такого сильного соперника, и, презрев все законы, предаст его смерти? Может, где-то там, в тёмном коридоре уже ждут подлые убийцы, и ухмыляясь, готовят ножи.
* * *
Глава 2.
Тяжело переводя дыхание, Стальной Барс до рези в глазах вглядывался туда, куда указывал ему Хортер, но кроме развалин какого-то огромного моста, связывающего между собой две скалы, так ничего и не увидел. Что же там видит «тёмный», кроме полуразрушенных арок, готовых вот-вот обвалиться, и двух железных змей, уходящих в тёмную, глубокую нору в скале?
– Неужели не видишь? – Удивлённо спросил лазутчик.
– Хортер, я всего лишь человек, и моё зрение не так остро, как мне хотелось бы и самому. Мой отец не дхор, и я не могу видеть так далеко, как ты.
– Тогда нужно подобраться ближе, но мы рискуем быть обнаруженными. При свете дня нам не приблизиться к норе и мосту.
Рутгер кивнул, соглашаясь с «тёмным», и как ни пытался, так и не увидел среди нагромождений скал и трещин путь, где можно было бы подобраться незаметными к норе. Это было грандиозное сооружение, как и всё то, что когда-то построили Древние Боги. Глядя на каменные, кое-где обвалившиеся арки, было невозможно поверить, что это могли создать обычные смертные. Основания квадратных опор терялись в густом тумане, и было невозможно понять, на какую глубину они опускались. Можно было увидеть только верхнюю часть моста, но и этого было достаточно, чтобы разыгравшееся воображение представило себе то, чего явно недоставало. Казалось, что верхняя часть моста парит в воздухе, опираясь на густой, белый туман.
Возле чёрного, круто изогнутого зева норы что-то мелькнуло, похожее на огонь, но Стальной Барс не был уверен, что видел это на самом деле. Может быть, это только ему показалось, и усталые глаза показали то, чего нет на самом деле. Воевода оглянулся назад, туда, где расположился отряд, и подумал, что было бы неплохо, если на это взглянула Эррилайя. Что увидит она? Что почувствует, и что скажет? Без её предсказаний, наверное, было очень трудно.
