После гибели династии великого завоевателя Египет оказался во власти Птолемея, который и раньше управлял им на правах сатрапа. Новая иноземная династия была даровита, и время ее принадлежит к интереснейшим в истории. Первые ее представители отдавали в своем царстве решительное предпочтение не только греческому, но и еврейскому элементу перед туземным, они всячески стремились ослабить силу жречества, которое могло быть для них опасно, как государство в государстве, но они понимали, что все это можно делать безнаказанно, относясь с почтением к египетской религии и оказывая внимание ее служителям. Действительно, туземная религия была объявлена государственной; цари вошли в роль ее покровителей-фараонов, поручая от своего имени составлять надписи в честь богов и священных животных, поклоняясь последним, присутствуя на освящениях храмов, жертвуя на них, допуская изображать себя на их стенах в традиционном фараоновском облике. Высшие жрецы, особенно мемфисские, считались первыми сановниками государства; они короновали по древнему ритуалу царей, которые в свою очередь присутствовали при их посвящении. И жрецы согласились быть опорой их трона. Однако этот союз духовной и светской, к тому же иноземной и инокультурной власти не препятствовал каждой стороне вести свою политику. Пользуясь тем, что уже давно храмовые должности и даже часть храмовых имуществ фактически стали наследственными в жреческих семьях, Птолемеи объявили их и юридически наследственными и тем оторвали их от связи с храмами, превратили жрецов из служителей последних в частных людей, их имущество подвели под строгий контроль государства, до налогов и конфискаций и продажи с аукциона включительно. За деньги на аукционе можно было теперь приобретать храмовые должности. Остальной частью храмового имущества такое жречество было недостойно управлять, и здесь пришло на помощь царям унаследованное ими от фараонов божественное достоинство — весь Египет и храмовая земля также принадлежат богу-царю и управляются его чиновниками. Храмы лишаются некоторых финансовых льгот; храмовая промышленность, развитая в древности и дававшая огромные доходы, стесняется царскими монополиями. Периодические съезды жрецов со всего Египта должны были происходить ежегодно в Александрии под контролем правительства, и притом собирались жрецы едва ли не только для составления льстивых постановлений и прошений. При первых трех Птолемеях серьезная борьба для жрецов была бы непосильной. Македоняне и греки были тогда действительно господами, египтяне — подданными, не имевшими доступа к высшим должностям и высшим военным чинам. Хотя туземное право продолжало признаваться для туземцев, имевших и своих судей, но скоро при документах, написанных на египетском языке так называемым демотическим письмом, крайней степенью скорописи, стали требовать греческий перевод.
Но с конца III в. до Р. X. обстоятельства меняются. Династия вырождается и слабеет, начинаются внутренние смуты, тревожнее становятся и внешние осложнения. Параллельно с этим обнаруживается национальная реакция, выразившаяся в ряде восстаний и давшая на юге на рубеже III и II вв. до Р. X. на несколько лет даже двух туземных фараонов. Появляются литературные памятники мессианского характера; в один древнеегипетский рассказ вставлено пророчество о том, что город у моря, Александрия, запустеет и его боги переселятся в Мемфис; другой папирус является серией оракулов, оканчивавшихся, вероятно, пророчеством о восстановлении царства фараонов. Восстания происходили и на севере в Ликополе, где появились туземные династы; в Фиваиде были восстания в 165 г. и 87–84 гг. до Р. X. Справиться с этими затруднениями Птолемеи оказались в состоянии, только опираясь на жречество путем больших уступок. В 196 г. до Р. X. съезды жрецов освобождаются от правительственного контроля; храмовая земля освобождается от налога, делаются уступки храмовой промышленности. В 145 г. до Р. X. храмы получают право непосредственно управлять своим имуществом. Но особенно благоприятен был указ 118 г. до Р. X. За храмами утверждается владение землей, как исконно им принадлежавшей, так и пожертвованной; управление ею передается жрецам. Культ священных животных, особенно Аписа и Мневиса, принимается на счет казны, храмовые должности признаются опять собственностью храмов, что снова превращает жречество в сословие. Наконец, признается за многими храмами право убежищ. В 93 г. до Р. X. разрешено было военным поселенцам жертвовать в храмы земли без разрешения правительства, чем открыт был приток в храмы новых поземельных имуществ. Одновременно с этим широко раздается право убежищ, и в Египте опять появляются феодальные храмовые владения; развитие этого процесса было остановлено римским владычеством до времени уже христианства, когда завершили его богатые коптские монастыри.