Авгуру было интересно послушать о девушке хоть что-то кроме тех скудных сведений, что были у него от сестры и самой Кейт. Она не любила обсуждать свою жизнь, и при их общении всегда все разговоры переводила на Калханта. Она была хорошим слушателем, а пророк любил поговорить.
Мать Гесионы, охая и ахая над высоким гостем, носилась по кухне как угорелая, ставя на стол разные блюда и закуски. Отец усадил авгура на свое почетное место главы семьи. Ужин был скромным, но вкусным. Калхант не привередничал. За время своих странствий отвык, ведь не всегда ему доводилось проводить ночи в роскошных покоях имений графов и маркизов в объятиях их дочерей или жен, порой он довольствовался ночлежками при постоялых дворах и компаниями куртизанок. Пророк с улыбкой слушал рассказы седого мужчины о том о сем, иногда поддерживая беседу вопросами или уточнениями.
— А Кейт, — авгур затронул волновавшую его тему. — Расскажите, какой вы ее знали до вчерашнего дня.
Семья сразу поникла.
— Авгур Калхант, нам очень жаль, — сказала мать, убирая со стола пустые тарелки, пока Гесиона вместо них расставляла чашки и раскладывала по ним травы. — Жаль, что Кейт ушла от вас, в смысле от воинов Света.
— После их избрания, — продолжил отец, — они с Гесс сидели здесь, за этим столом, и обсуждали свое назначение. Мы безумно рады за Гесиону, правда, это высшая должность, на которую может претендовать одаренная девушка, да и Гесс была счастлива, а вот Кейт…
— Кейт причитала и жаловалась, я ее даже не узнавала, — сказала мать. — Типа почему она и зачем это нужно. Она не принимала своего назначения. Поэтому увидев вчера, как она зашла в наш дом в образе гарпии, да еще с другой такой же тварью, я не удивилась.
— Кейт хорошая девушка, добрая, справедливая, участливая, но характер у нее, конечно…
— Взрывной.
Калхант взглянул на Гесиону; бабочка отошла к дальней стене, прислонилась к печи, скрестив руки на груди, и понурила голову. Авгуру показалось, что она плакала.
— Гарпии вас не обижали? — спросил Калхант, вернув внимание на отца с матерью.
— Запугали, особенно вторая, красная, — кивнула женщина, разливая по кружкам кипяток. — Но руками или той палкой с искрящимся шаром на конце не трогали.
— А взгляд у нее какой был, странный…
— Странный? — переспросил пророк.
— Когда они к нам вломились, Кейт была сама не своя, — стала объяснять женщина.
— Отрешенная, — поддакнул мужчина.
— Да. Эмоций ноль, нас как будто вообще не узнавала, на вопросы не отвечала.
— Глаза такие огромные, безжизненные.
— Забрала у второй палку и ушла. Все.
— Оставшаяся гарпия покинула нас следом через какое-то время, ничего не сказав. Просто встала и вышла.
— Даже чай не допила, — мать пожала плечами.
Калхант задумался. Значит, гарпии действительно с ней что-то сделали после ее возвращения. Он как чувствовал, что не должен был ее отпускать, не отдавать ей кулон. Теперь его угнетала еще и вина, что допустил такое с Кейт, не уберег ее. Возможно, заторможенность и пустой взгляд были какой-то фичей гарпий либо же ее ментально контролировали.
— Гесиона, — попросил авгур. — Найди для меня в нашей библиотеке что-нибудь о гарпиях, хорошо? Пожалуйста.
— Конечно, авгур Калхант, — девушка подняла голову, продолжая стоять в тени. Лицо ее было печально.
— Мать, а что ж мы чай-то, может, пива? Авгур Калхант, выпьете со мной? — отец семейства решил сменить тему. — Наше домашнее! Сами варим.
— Буду только рад, — коротко улыбнувшись, пророк хмыкнул.
Селена зашла в библиотеку и направилась к большому полукруглому столу в левой части помещения, где авгур Калхант и Гесиона пропадали уже несколько дней подряд. Они перебирали груды свитков и книг, которые с разных этажей им то и дело подносили смотрители хранилища во главе с Флегонтом. Голубая бабочка приняла у рыцаря очередной громадный фолиант и бухнула его на стол рядом с пророком в тот момент, когда Селена к ним подошла. Калхант мимолетом взглянул на маркизу.
— Миледи?
— Мне нужна Гесс.
— Мне тоже. Что-то срочное?
— Про вас двоих уже шепчутся, кстати. Последнее время вы вместе проводите здесь целые дни.
— Мы ищем информацию, — авгур откинул в сторону свиток, который изучал, и придвинул к себе фолиант. На его кожаной обложке красовалось тиснение в виде птицы с растопыренными лапами и распростертыми в стороны крыльями с языками пламени вместо перьев. Мужчина погладил оттиск и открыл книгу.
— Надеюсь, до Зейна эти отвратительные слухи не доходили? — Гесиона испуганно посмотрела на Селену. Та пожала плечами.
— Возможно. Ты мне нужна как целитель. Один из вельмож во время конной прогулки упал с лошади.
— Надеюсь, ему было больно, — буркнул Калхант, листая книгу. — Пригласите врача или Офре.
— Офре восстанавливается и пока помочь не может, а того графа спихнул с лошади мой отец.
— Герцог в ударе, — авгур мельком посмотрел на маркизу. — Ты пытаешься за него извиниться.
— Типа того, — Селена вздохнула. — Что вы ищете?
— Что-нибудь о гарпиях, — промолвила Гесиона, пробегая глазами какой-то свиток.
