Израиль. В Израиле царь Давид (ок. 1010-970 гг. до н. э.) проводил политику создания централизованной надплеменнной военно-бюрократической монархии. При нем был присоединен Иерусалим, ставший столицей нового царства, созданы государственный аппарат и иноэтничная гвардия. В серии ожесточенных войн на территории от Красного моря до Евфрата (которые велись порой с исключительной жестокостью) Давид пытался объединить под своей властью весь Левант. Однако по причине восстаний арамеев он не смог этого сделать, и в итоге его держава представляла собой собственно Израиль с зависимыми внешними владениями, охватывающими Заиорданье, Филистию и области южносирийских арамеев.
Преемником Давида стал его младший сын Соломон (ок. 970–930 гг. до н. э.). Еврейская традиция прославляет его за мудрость, изображает проницательным и справедливым судьей и объявляет автором ряда литературных произведений, вошедших в Библию. В действительности это был, по-видимому, тщеславный монарх, отказавшийся от активной внешней политики и усиливший внутреннюю эксплуатацию. Он перенес опору своей власти с воинства на граждански-храмовую бюрократию, увеличил подати и повинности израильтян и выстроил в Иерусалиме роскошный храм Яхве (с помощью своего союзника, финикийского царя Ахирама). Наконец, если Давид, родом из южного израильского племени Иуда, сумел выказать себя надплеменным царем, при Соломоне засилие в делах всего царства его соплеменников стало очевидным. Недовольные этим десять северных израильских племен вскоре по смерти Соломона отложились от Иерусалима и образовали особое царство, принявшее название «Израиль». Столицей его несколько позднее (в IX в. до н. э.) стала Самария. За царством Иерусалима, где по-прежнему правил дом Давида, закрепилось название «Иудея», по его главному племени.
Оба царства, считая это положение нетерпимым и временным раздроблением единой по своей природе древневрейской общности, то враждовали друг с другом, то создавали нечто вроде конфедерации. Подобная конфедерация существовала, к примеру, при царях Ахаве в Израиле и Иосафате в Иудее (в середине IX в. до н. э.), а также при Иеровоаме II в Израиле и Узии в Иудее (в первой половине VIII в. до н. э.). В обоих случаях союзники быстро устанавливали контроль над всей Палестиной и Заиорданьем. Разделением былого Израиля воспользовался Египет: ок. 926 г. до н. э. фараон Шешонк совершил опустошительный поход в Палестину, разорив и подчинив и Израиль, и Иудею, которые, однако, быстро восстановили независимость.
В эпоху разделенных Северного и Южного царств древнееврейское общество постепенно входит в полосу кризиса, вызванного бурным развитием частновладельческих отношений и частной эксплуатации. Этот процесс шел как за счет растущих притеснений, чинимых племенной и столичной верхушками над народной массой, так и за счет имущественной дифференциации и развития товарно-денежных отношений. Все это приводило к концентрации имущества и земли в руках немногих, к разорению и закабалению рядовых общинников. Пропасть между государственно-племенной аристократией и ее рядовыми соплеменниками быстро росла, а поля и сады общины стали продаваться посторонним лицам (не родственникам и даже не соседям). Общинные участки, перешедшие в частные руки, а также земли государственного фонда, розданные придворным, составили сектор частного землевладения, в том числе крупного.
Свободное население страны делилось на четыре сословия: светская аристократия (вельможи и князья); жреческая аристократия (жрецы и профессиональные пророки); так называемый «народ земли» — основная масса свободного населения; чужеземцы (пришельцы и поселенцы), ограниченные в правах. Еще ниже стояли рабы и кабальные должники, число которых все возрастало. Главным объектом эксплуатации оказывалась масса рядовых общинников, и это воспринималось тем более остро, что в обществе оставался жив племенной уклад и порождаемые им традиции клановой солидарности, так что социальное расслоение казалось отходом от основных норм общежития. Особое неприятие у рядовых общинников вызывала связанная с царем властная верхушка.
На верхах общества положение осложнялось межплеменными противоречиями в Израиле, израильско-иудейским противостоянием и собственно культовыми проблемами. Для древних евреев, осознававших себя пришельцами в Палестине, вопрос об обращении за божественным покровительством к тем или иным местным божествам стоял гораздо острее, чем для аборигенов, уже многие столетия связанных с определенными культами. Для царей Израиля этот вопрос имел особый аспект: сохранение центра почитания Яхве в иудейском Иерусалиме побуждало их особенно напряженно искать и других покровителей, хотя бы на случай войны с той же Иудеей. Наиболее могущественный царь Израиля Ахав (середина IX в. до н. э.) использовал в этом качестве финикийского бога Баала.
