В течение всего V в. до н. э. Рим ведет ежегодные военные кампании, напоминающие скорее грабительские набеги на земли соседей в границах Лация (латинов, вольсков, герников, эквов, фалисков и т. д.), которые совершались с обеих сторон отрядами воинов во главе со знатными вождями. Римские историки описывают их как полномасштабные военные операции, причем всегда успешные для римского оружия, не задаваясь вопросом, откуда государство черпало столько сил и средств в течение длительного времени на борьбу с одними и теми же «разгромленными» племенами.
Начиная с V и вплоть до второй половины IV в. до н. э. основной вопрос внешней политики Рима сводился к взаимоотношению с латинами. После изгнания Тарквиниев их племена попытались ослабить господствующее положение Рима среди общин, входивших в Латинскую лигу. В этой борьбе обе стороны нашли себе союзников: римляне — в лице этрусского царя Порсенны, латины приняли помощь от кампанских греков. Победу одержала коалиция латинов и греков в битве при Ариции (504 г. до н. э.). Последовавший за ней хрупкий мир был нарушен новым столкновением сторон. В 499 г. до н. э. римляне и латины встретились лицом к лицу в битве при Регилльском озере, которая на сей раз завершилась победой римского оружия. Достигнутый успех был закреплен подписанием Кассиева равноправного договора с латинами (493 г. до н. э.), который назван именем его инициатора — консула Спурия Кассия. Договор подтверждал правовые нормы, которые издревле регулировали отношения латинов и римлян, и заложил основу мирных взаимоотношений обеих сторон на последующие сто лет. Кроме того, у Рима и латинов возник общий внешний враг — племена эквов и вольсков. Их появление на юге Лация стало результатом переселения племен из района Апеннинских гор на равнины. Продолжительная борьба с вольсками нашла отражение в знаменитой легенде о Кориолане, которая стала неотъемлемой частью не только римской исторической традиции, но и мировой литературы.
Урегулировав свои дела на юге Лация, римляне приступили к расширению своей территории. Объектом их устремлений стал давний противник — этрусский город Вейи, расположенный на правом берегу Тибра. Десятилетняя война с ними (406–396 гг. до н. э.) превратилась в самую серьезную военную кампанию Рима в конце V в. до н. э. и закончилась разрушением Вей. Для многих поколений римлян эта война имела такое же значение, как и Троянская война для греков. Рассказ римских историков о длительной осаде Вей пронизан поистине гомеровским эпическим колоритом. Описание разорения и уничтожения некогда цветущего города напоминает о трагической судьбе Трои. Героем этой военной кампании предстал Марк Фурий Камилл, которому удалось переломить ход войны в пользу римлян.
Завоевание Вей существенно расширило земли римского государства за счет создания четырех новых территориальных триб. Значительно увеличился фонд «общественной земли» (ager publicus), что впервые позволило перейти к широкомасштабной раздаче наделов римским гражданам. Тем самым удовлетворялись положившие начало борьбе сословий требования рядовых плебеев, что сплачивало гражданский коллектив перед лицом грядущих испытаний. Трагичной оказалась судьба жителей Вей: все свободное население было продано в рабство. Это первый в римской истории случай массового порабощения поверженного неприятеля. Таким образом, начало экспансии Рима сказалось на структуре гражданского коллектива, послужив стимулом для его оформления. Одновременно римская экономика столкнулась с проблемой использования рабского труда.
