«В своем возвышении Клавдий держался скромно, как простой гражданин. Имя императора он отклонил, непомерные почести отверг. По всем вопросам он советовался с сенатом, в присутствии должностных лиц участвовал в работе судов в качестве простого советника. Вообще, суды он любил и правил их с величайшим усердием, хотя то ли по недомыслию, то ли по природной мягкости часто выносил опрометчивые и даже нелепые приговоры. Здания он строил не в большом количестве, но значительные и необходимые. Главнейшие из них – водопровод, начатый Гаем Калигулой, и водосток из Фуцинского озера. По водопроводу Клавдий провел воду из обильных и свежих источников, а по новым каменным аркам – из реки Аниена, и распределил ее по множеству пышно украшенных водоемов. При нем же была построена гавань в Остии: сооружены молы и волноломы, а также построен высокий маяк по образцу Фаросского». Эти сведения, приведенные Светонием, опять-таки дают странную картину: с одной стороны, мы видим недалекого, а то и вовсе глупого брата Германика, а с другой – образованного, мудрого и заботливого правителя. Подобное несоответствие приводило в недоумение всех биографов. Для того чтобы как-то свести воедино столь противоречивые факты его жизни, древние авторы стали придерживаться двух точек зрения. По первой, приверженцем которой был Светоний Транквилл, Клавдий, будучи на самом деле очень проницательным человеком, специально играл роль слабоумного, с тем, чтобы не попасть под репрессии времен правления Тиберия и Калигулы: «Глупость Клавдия засвидетельствована многими анекдотами, но все же далеко не очевидна. Еще Август становился в тупик перед вопросом: в здравом уме Клавдий или нет, так как явное тупоумие постоянно соседствовало в нем со столь же несомненным здравым смыслом. В дальнейшем сохранялась та же неопределенность. Многие речи принцепса в сенате доказывают, что он обладал и здравостью суждений, и широкой образованностью. Греческим языком он владел так же свободно, как латинским. Не чужд он был и литературным занятиям: оставив после себя и сочинения по истории (римскую историю в сорока трех книгах на латинском языке, продолжавшую труд Ливия, а также историю этрусков в двадцати книгах и историю карфагенян в восьми книгах на греческом языке), и мемуары, и ученое сочинение «В защиту Цицерона». Но вместе с тем в словах и поступках он часто обнаруживал такую необдуманность, что казалось, он не знает и не понимает, кто он, с кем, где и когда говорит».
По второй версии, которую поддерживал Аврелий Виктор, – Клавдий был и оставался глупцом, но при нем находились грамотные советники: «… хотя Клавдий и был постыдно предан обжорству, слабоумен и беспамятен, труслив в душе и очень ленив, под действием страха во многих случаях он принимал хорошие советы, преимущественно от совещаний знати, которая тоже руководствовалась чувством страха; ведь люди глупые обычно действуют так, как им указывают их советники».
Важнейшей чертой правления Клавдия стало создание основ бюрократического аппарата Империи. Конечно, этот процесс начался не при Клавдии, а еще задолго до него. Первые его проявления можно проследить в правлении Цезаря и Августа. Мы видели, что при Августе наметилось деление должностей на три категории: сенаторские, всаднические и вольноотпущеннические. При Калигуле особенно начали выделяться вольноотпущенники, игравшие большую роль в качестве личных агентов императора в огромном дворцовом хозяйстве. Клавдий сделал в этом направлении следующий шаг. Он дал прокураторам (финансовым агентам императора, которыми часто становились вольноотпущенники) право судебной юрисдикции, т. е. право выносить судебные решения по делам императорской казны (фиска). Это мера имела принципиальное значение, так как отныне прокураторы стали государственными чиновниками.
Внешняя политика Клавдия также была весьма удачной. Основу для нее давало хорошее финансовое положение. В конце правления Калигулы в подчиненной Риму Мавретании вспыхнуло восстание, вызванное тем, что император казнил ее царя Птолемея. Полководец Клавдия Светоний Паулин подавил восстание. Римские войска перешли через горный хребет Атлас, достигнув границ Сахары (41–42 годы). После этого Мавретания была разделена на две провинции: Мавретания Тигнитана (территория современного Марокко) и Мавретания Цезаренсис (современный Алжир).