Из двери вышел старик, на вид ему было лет сто, маленький, сгорбленный и почти лысый. Но облысевший не как люди, а наоборот, на голове оставалось нечто вроде ирокеза. Не смотря на столь преклонный возраст, эльфийка продолжала называть его папой, пока быстро щебетала и рассказывала ему какие Альбертли с Плутоном негодяи.
Вместе с морщинами на нём наиболее отчётливо проявились отличительные черты эльфов. Острый, почти треугольной формы нос, небольшие уши и острый подбородок… Собственно всё. Похожими чертами могли похвастаться многие люди Полактоса и ещё одна народность, о которой вам знать рано. Но у эльфов они были особыми, особо острыми, их ни с чем не спутать.
Старик оглядел магов и моментально посуровел, его маленькие брови сошлись на переносице. Он заговорил, хриплым низким голосом…1
— Маги! Так это вы нарушили баланс в нашем лесу? Ранили молодого медведя! Устроили пожар и наводнение! Убили двух волков, в том числе вожака стаи.
— Ну. Извините, они на нас сами напали…
— Не принимаю! Этот лес защищается от вас! Но вы всё равно в него полезли. Зачем вам нужна наша деревня? Вы снова идёте нас вербовать? Проклятые убийцы!
— Вербовать? — Впервые подал голос Плутон.
— Да! Вербовать для ваших бесконечных войн.
— Э, простите, последняя война закончилась четыре… хм, пять тысяч с чем-то лет назад. — С сомнением сказал Альбертли, быстро стараясь прикинуть даты.
В комнате повисла тишина.
— Так зачем же вы пожаловали? — Дрогнувшим голосом спросил старейшина деревни.
— Я учёный и я решил найти откуда-же в этих лесах так много магической силы. Мы проводили замеры в округе для испытания моего… — Пустился Альбертли в подробные объяснения.
— Вы можете доказать мне что война окончилась? — Перебил старейшина.
Маги переглянулись.
- “Что показать ему? Маги постарались забыть ту эпоху, ни картин, ничего не осталось” — Плутон был хмур.
- “А помнишь, Тайлон речь произносил на прошлом совете? Можно показать ему мирное время, города и деревни”.
- “Давай, показывай”
— Вы знаете, что такое телепатия?
— Нет, это уже сложная магия.
— Сейчас я вам покажу образы нашего мира. Попытайтесь их понять.
Альбертли посмотрел старику в глаза передавая свои воспоминания. Старик вздрогнул. По его лбу прошла дрожь и он закрыл глаза, откинувшись в кресле. Альбертли сложил руки на груди и принялся ждать. Всё шло по плану, человеку трудно увидеть воспоминания с открытыми глазами. Но вот дочь старика восприняла это по своему.
— А ну стоять! Вы одурманили моему отцу голову?! — Воскликнула эльфийка, вновь схватив свой самострел.
Альбертли сделал шаг в сторону, оставив на месте свою иллюзию. На глазах девушки навернулись слёзы.
— Папа, папа! Что с тобой?! — Она наконец взвела рессору самострела. — Вы… Я хотела…
Стрела с хлопком вылетела из самострела и пролетела иллюзию насквозь, врезавшись в стену. Только сама девушка видела корчащегося, раненного Альбертли. Строго говоря, иллюзию кроме неё никто и не видел, иллюзия — один из видов высшего гипноза и всё происходило только в её голове. Обычно это не срабатывало, иллюзия требовала подготовки, как например у зверомага. Каждый кто общался с его иллюзией, ощущал его одежду, рукопожатие, горький запах парфюма и химии. Хотя по факту они сжимали воздух и нюхали чистый воздух. (Ага, чистый, от шерсти Плутона и без иллюзии химией несёт за километр.)
Но девушка была испугана и возбуждена, потому иллюзия сработала на неё.
— Камита! Ты что творишь?! — Старец неожиданно резво вскочил с кресла и вырвал у неё из рук самострел.
— Папа! Они вас загипнотизировали? — Девушка уже сама испугалась того что сделала, но посмотрев на пол, не увидела там раненого. Немного пошарив, нашла Альбертли в стороне. Живого, здорового и по прежнему держащего руки на груди.
— Да с чего ты взяла, дурочка? — Сказал старец с широкой улыбкой. — Иди, вытаскивай свою стрелу… Господин маг принёс нам радостную весть! О, как я счастлив.
Старик упал в кресло и принялся покачиваться. Маг посмотрел на кресло и с удивлением не нашёл у него ножек, только дуги на которых оно и качалось.
— Садитесь, угощайтесь. — Сказал старик указывая на чашку с сухофруктами. Камита недовольно сопя вытаскивала из деревянной стены стрелу. — Как закончишь, иди и расскажи всей деревне что войн давно нет. А мне… Эх… надо подумать…
Камита последним рывком выдернула из стены стрелу, наконечник остался в ней. Скорчив недовольную гримасу при этом, она бросила черенок и побежала на улицу. Лёгкая как ветер, под её ногами не скрипела ни одна доска.
— Я не должен был так приветствовать вас… Мы всю жизнь прожили в страхе.
— Вы пять тысяч лет прятались, боясь всего-навсего войны?!
— Всего-навсего? Знаете чем для нас была эта война? Нас, мало. Мы единственная на Полактосе деревня эльфов. Знаете сколько нас здесь? Семнадцать тысяч! А за всё время войн, из нашего села ушло двести тысяч человек. И ни один не вернулся! За одну рекрутскую компанию, наше село теряло до половины населения. Мы вырождались… — Старик устало посмотрел в потолок, из его глаз катились слёзы.
