Древний свет полностью

«Вот и мы здесь, — подумала я. — Хал, постаревший и седогривый, но излучающий все достоинство Морского маршала, Блейз, прекрасно смотревшийся в римонских сапогах и брюках из кожи мархаца и в безрукавой куртке из ткани хирит-гойен . Мы, те, с чьим мнением считаются, кого уважают, стоим здесь, где когда-то стояли Сутафиори, СуБаннасен и Орландис, когда Блейз был обносившимся наемником, Хал — тайным агентом, а я — никем с широко раскрытыми глазами и энтузиазмом молодости».

— Могли ли вы поверить в такое? — произнес коренастый ортеанец, и его наполовину изуродованное лицо исказила знакомая улыбка.

Хал опустился на каменную скамью.

— Нет, когда вы гнали нас от Эт в Большие Топи.

— А также в Корбеке, — сказала я, — когда вы давали ложные показания против меня на суде в Доме-источнике.

Блейз усмехнулся. Затем посмотрел вниз на Хала, и выражение его лица стало серьезным.

— Тогда я был наемником. У меня был заключен контракт, и я следовал правилам. Так уж я привык делать. Вам это должно быть известно, потому что я годами служил вам в Морврене и никогда не хотел быть Т'Ан .

Халтерн обхватил шестипалыми руками рукоятку посоха. Затем вздохнул, обвисая ослабшим телом.

— Мы слишком много лет дружим, чтобы говорить о «службе»… или я не прав?

— Нет, — возразил Блейз. Он беспомощно взглянул на меня. — Скажите ему, С'арант . Почему бы не предоставить телестре возможность вести дела с Побережьем, как они всегда это делали?

Халтерн резко вставил:

— Вы солдат. Вам понятна разница между рейдами кораблей и вторжением.

— Нужно принимать в расчет и технику Земли, — сказала я. — Оружие с Земли. Вам… нам… необходимо заключить мир с Побережьем. Или, чего доброго, Компания решит использовать военные силы Кори, а их способы прекращения войны могут оказаться хуже, чем ее начало. Блейз, вам доверяют, с'ан прислушиваются к вам, так поймите же, ради Бога, что вы должны занять позицию. Станьте Т'Ан Римон. Станьте любым, кем бы ни пришлось стать.

Он задумчиво посмотрел на меня. Почувствовав, что впадаю в риторику, я подумала: «Как мне выразить свою мысль?»

— А если решение Ста Тысяч не понравится Земле? — спросил он.

— Наплевать мне на Землю…

Оба пораженно уставились на меня. Я ощутила себя беззащитной. Один еще молод, другой стар: солдат и политик… Я в панике оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что этого никто больше не слышал. Дуг Клиффорд находился внизу с группой Говорящих-с-землей. Кори Мендес вошла через другой вход с дальней стороны, без Ромаре Керис-Андрете. А потом я заметила улыбающегося Блейза и мягкий юмор в глазах Хала.

— Опасно переступать эту грань, — тихо сказал Хал. — Обратного пути нет. Ваши люди, если бы они узнали об этом, не простили бы такого.

Блейз вмешался:

— Разве это имеет значение? — Обнял меня, а затем, отступив назад, обратился к Халтерну: — Вы, Бет'ру-элен, назовете ли вы себя Т'АнСутаи-телестре , когда наступит Летнее солнцестояние?

Светлые глаза Халтерна прикрылись перепонками. Свет свечей и проникавшие через прорезь в куполе лучи солнца разрисовывали тенями лицо Хала, по выражению которого мне никогда не удавалось угадывать с легкостью его мысли. Он сказал:

— Если бы я был помоложе…

А Блейз очень рассудительно проговорил:

— Я не могу нести это бремя. Я воин, а не политик. За годы, проведенные в Морврене, я узнал только то, что никто не знает достаточно, чтобы отдавать приказы всем Ста Тысячам.

Я сказала:

— Этого всегда никто не знал, однако кому-то, тем не менее, нужно принимать решения.

На его обезображенном лице появилось хитрое выражение.

— Вы подводите нас к своим замыслам.

— Либо вы малодушны, — сказала я и увидела на его лице вспышку гнева, превратившего шрамы в нечто чудовищное, — либо вам известны ваши недостатки. Не знаю. Вам бы нужно поскорее в этом разобраться.

— Да, — сказал Халтерн, — времени у нас немного.

«Мы оба рьяно выпихиваем тебя с пристрастием, — подумала я. — С присвоенных нами позиций превосходства, принуждая тебя к тому, чего сами не будем или не можем делать».

А если бы я была Т'АнСутаи-телестре ! В этом моем городе Таткаэре, в чарующей атмосфере середины лета, а снаружи — военные корабли Побережья, голодное лицо Сетри, мечта об империи в Кель Харантише и обитатели другого мира, которые начали нести знания, а заканчивают ввозом оружия…

— Да, — прервал мои размышления голос Блейза, и я подняла голову, чтобы встретить его взгляд: он говорил так, словно мог читать мои мысли.

Я сказала:

— Мне жаль, что мы когда-то пришли сюда. На Каррик V.