— Государь наш Ингве, Верховный король всех эльдаров, требует от тебя, король Финве, беспрекословного повиновения, и напоминает о вассальной клятве, что принес ты перед лицом Высших сил на холме Эзеллохар. Государь Ингве напоминает тебе также, что эльдары не должны более вмешиваться в дела Последних и Младших, тем более, силой оружия! Принцы нолдоров даже рты разинули от неожиданности. Посланец Верховного короля развернулся на каблуках и покинул зал.
Сопровождающие последовали за ним, погромыхивая металлофурнитурой.
— Что это за клоун? — первым пришел в себя Голдштейн. — И с чего это он указывает королю нолдоров?
— Он может это сделать, — мрачно произнес король. — Я действительно вассал Верховного короля Ингве, и обязан подчиняться ему. Я не могу разрешить вам отправить войска в Гондор.
— Что делать будем? — прямо спросил Феанор. — Подводить союзников, которым мы так обязаны, мы не можем…
— Верно! — вставил Гил-Гэлад. — Честь нолдоров будет запятнана, если мы не сделаем этого.
— Но и ослушаться приказа Верховного короля мы тоже не можем, — добавил Финарфин. — А как поступают в таких случаях в вашем мире? — вдруг спросил он Лугарева. — Никогда не поздно чему-нибудь поучиться.
— Ну…, - замялся Лугарев, — в таких случаях у нас принимают политическое решение… Ирв! Ты можешь что-нибудь придумать?
— Гм! — произнес Голдштейн. — Надо подумать… — он сел на стул и уставился в стену. — Значит, так… — произнес он через минуту. — Задача: обойти закон, не нарушая его. Насколько я понял, портить отношения с Верховным Королем вы бы не хотели.
— Так, — наклонил голову Финве.
— Тогда я вижу два пути. Первый: учинить фиктивную революцию, ограничив власть короля Финве, — сказал Голдштейн. — Собрать парламент, принять конституцию, выбрать премьер — министра и правительство, которое примет решение об отправке войск.
— Долго слишком, — буркнул Лугарев. — У тебя что, готовая конституция в кармане?
— Ну да, — ответил Голдштейн, вытаскивая из внутреннего кармана Конституцию РСФСР.
— То есть, как это ограничить власть короля? — королю Финве эта идея явно не понравилась.
— Я же сказал — фиктивно, — пояснил Голдштейн. — Парламент для того и существует, чтобы его можно было разогнать, когда он сыграет свою роль.
— Нолдоры не настолько едины, чтобы так рисковать, — возразила Галадриэль. — Нам только междоусобицы не хватало.
— Верно, — кивнул Голдштейн, — поэтому есть другой путь: создать неправительственную организацию, поставив во главе ее популярного лидера. Эта организация начнет собирать добровольцев. Да они уже собраны, собственно, — продолжил Голдштейн. — Тогда король Финве юридически будет не при чем. Он может сделать вид, что не знал об этой организации, может даже погневаться для виду… когда войска погрузятся на корабли и уйдут.
— Эта идея мне больше нравится, — улыбнулся король. — Но что делать, если король Ингве прикажет мне наказать этого попо… пупу… лярного лидера?
— Вряд ли в ваших законах предусмотрена ответственность за создание неправительственных вооруженных формирований, — сказал Голдштейн. — Ну, в конце концов, посадите его в тюрьму месяца на два, а потом выпустите за примерное поведение. А мы ему в камеру телевизор с видеомагнитофоном поставим, чтобы не скучал, диван мягкий, ну там, холодильник, бар… В общем, придумаем что-нибудь.
— Да, нам действительно есть чему у вас поучиться, — усмехнулся Феанор.
— Итак, решено. Создаем неправительственную организацию, — сказал король. — Да, кстати, а как она будет называться?
— Да как угодно, — пожал плечами Голдштейн. — «Альфа — 66», «Лига освобождения Эрессэа», «Эльфийский джихад», «Белериандская республиканская армия»… Какая, нафиг, разница?
— Пусть лучше это будет рыцарский орден, — подал идею Левин. — Раз уж мы решили организовать крестовый поход.
— А какие вообще бывают названия у этих орденов? — спросил Феанор.
— Ну… Орден Храма, Мальтийский орден, Тевтонский орден…
— Знаю, — сказала Селестиэль. — Мы назовем его… Тефлонский орден! Лугарев закрыл лицо руками, изо всех сил пытаясь сдержать смех, но не смог, и издал нечленораздельный звук, напоминающий хрюканье поросенка. К счастью, все были так захвачены идеей создания рыцарского ордена, что никто не обратил на него внимания.
— Гм… А почему бы и нет? Не менее глупо, чем все остальные названия, — пробормотал Левин.
— Звучит хорошо, — одобрил Гил-Гэлад, — Но что это означает?
— Это — страшная тайна, — улыбнулась Селестиэль. — Ты все узнаешь в свое время.
— О'кэй. Теперь нужен герб ордена, знамя и Великий Магистр, — напомнил Голдштейн.
— Герб и знамя предоставьте мне, — сказала Селестиэль. — Насчет Магистра… Полагаю, им должен стать Феанор.
— Не забывай, что Великому Магистру светит отсидка, — напомнил Лугарев. — Тут нужен, скорее, зицпредседатель Фунт. А Феанор может стать его советником или же командующим.
— Советником, — вмешался Феанор. — А на роль командующего есть другой достойный принц, помоложе, но с опытом взаимодействия с людьми, и более восприимчивый к новому. Я говорю о тебе, Эрейнион.
— Почту за честь, — Гил-Гэлад встал и поклонился.