Эйникис нахмурился. Его телохранитель шагнул было вперед, но подполковник остановил его рукой.
— Вопроса не будет, — хмыкнул он. — Я просто хотел предупредить, чтобы вы поменьше вертелись перед начальством и делились с ним своими умными соображениями. Это может повредить не только карьере, но и жизни.
— У вас все? — с тем же невозмутимо-корректным видом спросил Руслан.
Подполковник сдвинул брови, и его мощный спутник снова шагнул вперед, надвигаясь на Руслана, как танк. В тот же момент из «Волги» вышли Маркин и Паша, встали рядом с командиром. Гигант остановился, оценивающе глянув на членов группы «Антей».
— Если у вас все, товарищ подполковник, — продолжал Руслан с ледяной иронией, — то с вашего позволения я избавлю вас от своего присутствия.
— Ты играешь с огнем, капитан, — проскрипел Эйникис. — Надеешься на кого-нибудь? На отца? Или кого повыше?
— На себя, — усмехнулся Руслан. — И я люблю играть… с огнем.
— Тогда мы еще встретимся.
— Очень на это рассчитываю.
— Разрешите, товарищ подполковник? — оглянулся на патрона каменнолицый телохранитель.
— В другой раз, малыш, — подарил Руслану обещающую улыбку Эйникис, поворачиваясь к антеевцам спиной. — Нам еще надо успеть зайти к генералу.
— Иди, иди, бронетранспортер, — пренебрежительно сказал Паша-летчик, — а то, не ровен час, боссу понадобится туалетная бумага.
— Я тебе хайло еще заткну! — пообещал здоровяк и бросился догонять подполковника.
— Чего они от тебя добивались, командир? — поинтересовался Маркин.
— Меня предупредили, — сказал Руслан, глядя вслед зятю начальника Криптозоны.
— О чем?
— Им не нравится, что я догадываюсь кое о чем.
— Нам это знать не положено?
— Боюсь, вы не поверите. Хотя, с другой стороны, обратиться за помощью мне все равно не к кому.
— Мы готовы.
— Пошли в машину.
Руслан сел в кабину «Волги», подождал подчиненных и сжато поведал историю о значении Башни в истории Древа Времен и о замысле спасения родной Метавселенной. Тишина в кабине после этого длилась долго. Старшие лейтенанты переглядывались, размышляли и не спешили высказывать свое мнение вслух. Тогда Руслан поделился с ними своими догадками о роли господина Козюли и его зятя-подполковника в последних событиях, связанных с убийством Полторацкого и Вараввы.
— В это поверить легче, — оживился Паша-летчик. — Хотя, если честно, я готов войти в вашу команду. Интересно поглядеть, как там живут люди в будущем. Что будем делать?
— А ты? — посмотрел на Маркина Костров.
Старлей достал платок, высморкался, аккуратно сложил и сказал невинным тоном:
— Вы же без меня пропадете, товарищ капитан.
Руслан засмеялся.
— Волк тамбовский! Любишь сермягу из себя лепить. Верю, что не подведешь.
— Рад стараться, вашбродь!
— В таком случае слушайте мой план…
Руслан перешел на полушепот. Последняя фраза Эйникиса, которую он обронил, уходя, — о визите к генералу — подсказала Кострову, что надо делать. Моментом необходимо было пользоваться незамедлительно, более удобный мог уже не представиться.
Кабинет начальника антитеррористического Управления генерала Кирсанова располагался на третьем этаже семиэтажного корпуса сталинской эпохи. Обычно коридор этой части здания был тих и безлюден, однако в связи с последними событиями в настоящее время по нему то и дело пробегали озабоченные сотрудники Управления, прогуливались по двое рослые парни из особого подразделения охраны VIP-персон, подозрительно вглядываясь в каждого человека, и создавалось впечатление, что то ли началась эвакуация, то ли, наоборот, заселение кабинетов новыми хозяевами.
Чтобы не заострять внимания охранников, к кабинету Кирсанова Руслан и оба старших лейтенанта подошли по одному. В приемной начальника Управления их встретили двое: секретарь-адъютант генерала капитан Киржниц, вежливый, немногословный, всегда чем-то занятый, и громадный, как шкаф, молодой человек в кожаной куртке, похожий на того мордоворота, с каким во дворе Управления появился подполковник Эйникис.
— Слушаю, капитан, — сказал адъютант, мельком глянув на Кострова, заглянувшего в приемную.
— Я ищу подполковника Эйникиса, — сказал Руслан. — Важное дело.
— Он у генерала.
— Очень хорошо. — Руслан внешне неторопливо пересек приемную, взялся за ручку двери. — Мне как раз нужен и сам Казбек Илюмжинович.
— К сожалению, мне велено никого не впускать, — поднялся Киржниц. — Выйдет подполковник, я доложу о вас.
— К сожалению, нельзя терять ни минуты. — Руслан открыл дверь, краем глаза отмечая появление в приемной Маркина и Паши.
— Эй, торопыга, куда собрался? — рванулся к нему «шкаф» в куртке. — Тебе же сказано — генерал занят!
Дверь закрылась за Русланом, но он был уверен, что ребята справятся с телохранителем Эйникиса без шума.
В кабинете Кирсанова, как и ожидалось, посетителей было двое: подполковник и его каменнолицый качок-охранник в кожанке. Он сразу двинулся навстречу Кострову, сжимая гигантские кулаки, способные, наверное, крошить кирпичи.
— Кто вас впустил, капитан? — оглянулся на гостя Кирсанов; он стоял у стола, в то время как Эйникис разглядывал что-то лежащее на столе.
