— Позвольте возразить, — вмешался Железовский. — Пожалуй, я пойду с вами. Найдем парня, которого вы ищете, и он вернет меня домой. Вы говорили, что это ему по силам.
— Должно быть по силам. В крайнем случае воспользуемся услугами Стаса в уцелевших кванках Ствола. Итак, ищем Ивора?
Ответом Игнату было общее молчаливое согласие.
— Принято. Тогда попросим нашего оператора об услуге. Стас, вы случайно не знаете, где высадился человек по имени Ивор Жданов? Он еще известен как оператор Древа и Тот, Кто Пробудился.
— Он вышел на Земле Солювелла-три сто первого зависимого хроноквант-угла в сопровождении четырех человек.
— Не может быть! — тихо поразился Ромашин.
— Что такое? — встревожился Гаранин.
— Ивор вернулся домой, в родную Ветвь… где его наверняка ждут молодцы Полуянова. Кто с ним?
— Трое мужчин и женщина: Павел Жданов, Атанас Златков, Григорий Белый и Мириам Ромашина.
— Не может быть! — еще раз повторил Игнат. — Неужели он нашел и освободил отца?
— Простите, этого я не знаю.
— Встретимся и выясним, — сказал Руслан.
— Да, конечно, — опомнился Ромашин. — Хотя новость весьма неоднозначна. Итак, направляемся в узел Солювелла-три, в мир Ивора. Надеюсь, мой кванк поможет нам отыскать мальчика. Отправляйте нас, Стас.
— Желаю удачи, — вежливо проговорил оператор трансгресса уже мужским голосом.
И та же непреодолимая сила швырнула людей в огненный тоннель, пронзающий бездны бездн чужих пространств и времен.
Встряска от броска через необозримые пропасти Ветвей Древа Времен была не слишком сильной, и «хронодесантники» пришли в себя быстро, как только оказались на берегу какого-то залива с торчащей над ним белесой шпагой орбитального лифта. Залив оказался Рижским, высадка из трансгресса совпала с местным днем, местные жители, хотя и заметили выскочивших из ниоткуда семь сверкающих фигур, не придали этому значения.
— Куда теперь? — осведомился Гаранин, сворачивая шлем и с любопытством осматриваясь.
Место казалось достаточно пустынным, несмотря на два десятка загорающих в дюнах людей, отгороженное от сверкающих зданий города на востоке лесной полосой.
— Сейчас я познакомлю вас со своим кванком, — ответил Ромашин. — Он скульптор и одновременно эксперт особого отдела контрразведки. У него дома мы будем какое-то время в безопасности.
Зная коды связи и номера информканалов, Ромашин связался с местным информом и выяснил, где находится ближайшая станция метро. Она располагалась рядом с порталом орбитального лифта, светящийся столб которого диаметром в двести метров был виден издалека. «Хронодесантники» изменили форму костюмов на менее вызывающую, такую, чтобы не бросаться в глаза, и направились по воздуху к метро кратчайшим путем — срезая угол залива.
Ромашин попытался связаться со своим кванком по рации, но ему никто не ответил. Тогда было решено, что в дом скульптора отправятся двое — Игнат и Железовский, а остальные будут ждать их здесь, в кафе на берегу залива. Если в течение часа Ромашин не даст сигнала, что все идет нормально, группа должна будет действовать самостоятельно в зависимости от обстановки.
Ромашин оставил Петруху у кафе, и они с Железовским, фигура которого внушала уважение габаритами и осанкой не менее, чем фигура «хронорыцаря», скрылись под хрустально-молочным куполом метро.
— Дело дрянь! — сквозь зубы выговорил Белый.
Он не обладал большим запасом пси-энергии и с трудом справлялся с гипнотическим давлением пленки «наездника». Впрочем, остальным тоже приходилось несладко, и держаться независимо становилось все труднее.
Понимая, что сил у спутников остается все меньше и меньше, Ивор решил вывести тюремщика, глыбой застывшего у двери, из себя и заставить его ошибиться. Шанс был невелик, но, так как Ивору не удалось вызвать трансгресс — то ли мешала мощнейшая экранировка подвала, то ли его состояние не позволяло ему сделать это, — надо было использовать даже самые безумные варианты для освобождения.
— Эй, болван! — позвал он металлического сторожа. — Не хочешь поиграть?
— Я не болван, — немедленно отозвался субстант Палача, превращаясь в диковинного зверя. — Я не хочу играть.
— Тогда ты действительно болван! Ведь твой хозяин — Игрок!
Металлический псевдочеловек помолчал, шевеля бликующей «кожей», что порождало эффект непрерывного тока металла снизу вверх.
— Я не понимаю смысла твоей речи, — наконец выдавил из себя он. — Но, судя по эмоциональному наполнению, ты пытаешься меня оскорбить и спровоцировать на нелогичный поступок.
Не выдержав, засмеялась Мириам. Григорий и Павел Жданов улыбнулись.
— Какой мощный интеллект! — сказал Белый с ироническим восхищением. — Его даже оскорбить невозможно. Если его хозяин мыслит так же, непонятно, почему он выигрывает Игру.
— Это всего лишь одна капля Палача, — заметил Жданов. — Одна его клетка, болванка, имеющая ровно столько ума, сколько требуется для обслуживания ее физиологических потребностей. Будь она поумней и посильней, мы были бы уже зомби Палача.
