Но прежде чем Басанк нажал кнопку инициатора слинга, Железовский вдруг оказался рядом с великаном, выхватил черную трубку детонатора, а самого Басанка отшвырнул прочь с такой силой, что тот пролетел по воздуху десяток метров и врезался в красивое трюмо, разбивая его вдребезги и буквально киселем сползая по стене на пол.
Ромашин-второй, появившийся к развязке драмы, покачал головой.
— Эдак вы мне всю антикварную мебель покалечите, милейший. Знаете, сколько времени я потратил на ее реставрацию?
— Прошу прощения, немного не рассчитал, — положил руку на грудь Железовский. — Я помогу вам ее починить.
Ромашин-скульптор улыбнулся.
— Спасибо, принято. — Он посмотрел на Ромашина-комиссара. — Однако ты вовремя, тезка. Если бы не ваше появление, нам пришлось бы действовать иначе и без особых шансов на успех. Предлагаю закончить операцию по освобождению Ждановых, пока агентура Палача не опомнилась.
— Я уже дал сигнал тревоги, — с мрачным спокойствием проговорил Полуянов. — Джон через пару минут приведет сюда всю мою армию.
— Мы успеем. — Ромашин-скульптор кивнул на своих спутников. — Знакомьтесь, это начальник особого отдела контрразведки Игорь Марич и мой телохран Петруха.
— Привет, Игорь, — сказал Ромашин-комиссар, пожимая руку Маричу. — Извини, что не согласовал своего прибытия. Сам не ведал, что так получится. Это Аристарх Железовский, патриарх синклита старейшин из ближайшей «тупиковой» Ветви. Я попросил его помочь нам.
— Очень приятно. — Марич пожал руку Железовскому.
— А это команда из другой Ветви, где еще только-только начался двадцать первый век. Руслан Костров, — с его отцом ты знаком, — капитан группы антитеррора…
— Потом познакомимся получше. Надо спешить. Наши парни блокировали дом комиссара, мы же войдем туда через метро.
— Вы пожалеете… — начал побледневший Полуянов.
— Мы знаем, что ты держишь пленников в подвале, — перебил его Ромашин-скульптор, — в бункере с ТФ-экраном. Открой нам дверь, Федор, чтобы мы там ничего не взрывали. Могут пострадать люди.
— Я… вас… всех!.. — раздельно проговорил Полуянов.
Турель с «универсалом» на его плече крутнулась туда-сюда, выискивая цель, и в то же мгновение черный человек Петруха выстрелил в него из парализатора. Федор обмяк, мягко упал на пол, глаза его стали пустыми. Его пси-защитник не смог отразить разряд «слона», которым был вооружен Петруха.
— Код двери бункера! — наклонился к комиссару Ромашин, отбирая свое оружие — «кий» и «глюк»…
— Калипсо… два сто сорок три… эм… нихиль… — прошептал Полуянов.
— Придется нести его с собой, — кивнул на Федора Марич, подозвал Руслана. — Может быть, кроме кода, в дверь встроен дактилодатчик или аппаратура айс-фейс-контроля.
— А с ними что делать? — кивнул Гаранин на Басанка и спецназовца из команды Полуянова, застывшего истуканом посреди комнаты.
— Оставим здесь под присмотром нашего парня.
Марич вызвал по мыслесвязи командира оперативной группы, дождался появления «невидимки» и первым направился к метро. За ним потянулись остальные. Маркин, Паша и Олег Борисович несли Полуянова. Руслан вспомнил о наличии Петрухи, шепнул Ромашину-комиссару пару слов, и тот приказал «хронорыцарю» взять на себя обязанности носильщика.
Надя, терпеливо дожидавшаяся спутников в холле метро, бросилась к ним, совершенно не боясь Петрухи с его ношей.
— Ваш работник? — кивнул на нее Марич, обращаясь к Ромашину-комиссару.
— Наш, — ответил тот серьезно.
— Отличная реакция, — похвалил Марич. — Она пропустила нас, а потом приказала поднять руки. Хорошо, что я пошел с Игнатом, она его узнала.
Гаранин, Паша и Маркин засмеялись. Надежда покраснела, прячась за Руслана.
— Она такой же десантник, как и все, — сказал Ромашин-комиссар. — А опыт — дело наживное.
Лицо Марича отвердело.
— Пора!
Кабина могла вместить всего четырех человек, поэтому первыми пошли оба Ромашины, Игорь Марич и Железовский. Затем стартовал Петруха с телом Полуянова и Гена Маркин. Последними покинули дом скульптора Руслан и его команда.
Это было захватывающее зрелище!
Металлический псевдочеловек метал в Ивора стремительные стрелы жидкого металла, а он уворачивался от них и с невероятной скоростью летал по тесному подвалу, ухитряясь не спотыкаться о тела товарищей, ящики и коробки и не сталкиваться со стеллажами и штангами энергополевой защиты бункера.
Неизвестно, способен был испытывать какие-то эмоции посланник Палача или нет. Проигрывая молодому Жданову вчистую, он ни разу не выругался, как сделал бы на его месте простой человек, и не выразил своего отношения к происходящему. Но то, что он обладал всеми отрицательными качествами «отца», не подлежало сомнению и выяснилось самым наглядным образом.
— Стоп! — крикнула Мириам, играющая роль судьи и контролирующая время. — Минута прошла!
Ивор остановился, но тут же метнулся в сторону от ручья бликующей субстанции.
— Стой, болван! Игра закончена! — возмутилась девушка. — Ты его не поймал!
— М о я минута еще не прошла, — равнодушно заявил псевдочеловек, продолжая гонять Ивора по бункеру. — И я никогда не проигрываю.
— Это нечестно! Ты проиграл! Он победил!
