— Формально мы вовсе не в постели, — капризно протянула я, выгибаясь и бросая острый взгляд через плечо. Наваждение, охватившее меня, начинает рассеиваться, оставляя послевкусие недоумения и стыда. Но горячая ладонь, опустившаяся между лопаток и прижавшая меня к шелковой ткани, отгоняет прочь явно неуместные мысли.
Ах!
Вторжение Кея похоже на удар — точный, сильный и быстрый.
Ох!
Пустота и холод внутри.
Еще, еще!
Голова идет кругом, тело с готовностью принимает его атаки. Укус в плечо — и я громко всхлипываю, пылая. Длинное движение языка, руки, его длинные и чуткие руки везде, они ласкают, тревожат, возбуждают, разжигают настоящий огонь внутри. Громкие стоны, вскрики, мольбы — и его откровенное рычание в ответ.
Вот теперь мы сходили с ума в унисон. И сорвались в пропасть тоже вместе.***
Влажное от пота тело овевал лесной ветерок. Сердце Кейташи прямо под моим ухом уже успокоилось и билось гулко и ровно. Его пальцы перебирали мои кудри, а другая рука лениво скользила по изгибу поясницы.
— Что это было? — сипло спросила я, не имея сил даже пошевелить рукой, не то, что покинуть мое твердое, теплое, но довольно неудобное ложе.
— Мы занимались любовью, — хмыкнул Кей мне в макушку.
— А зачем в лесу?
— Ты сама так захотела. Тебе не понравилось? Мне — очень. Могу повторить.
— Нет-нет, — торопливо отказалась я, пытаясь вспомнить свои ощущения. Теперь я ясно осознавала, что со мной все же было не все в порядке. Проклятые фэйри и их демоническая магия! Не зря я все же ненавидела Гарманиона!
— Жаль, — раздался бархатистый голос откуда-то со стороны. — Мой лес давно не слышал таких страстных стонов!
Миг — и Кейташи взвился как птица, подхватывая меня в объятия и ревниво кутая в шелковый халат.
— Какого дохлого стервятника? Ты что, подглядывал?
— А если и так, что ты сделаешь? Заклюешь меня? Или попробуешь придушить шелковым поясом?
Кей зарычал тихо и грозно, но Гарманион, небрежно опиравшийся на ствол большого клена и рассматривавший нас насмешливо, только махнул туманным рукавом.
— Не злись, человек-птица. Ты силен, очень силен. Сумел распознать чары и не просто разрушить их, но и повернуть в свою пользу. Однако уже смеркается. Вы же не хотите остаться на ночь в Сумрачном лесу? Я бы не советовал. Одевайтесь. Я приглашаю вас в гости — теперь как равных.
Стало так стыдно, что теперь я едва не плакала. Если бы не руки Кейташи, предупреждающе сжавшие мои плечи, я б точно провалилась сквозь землю. Он же меня и поднял на ноги, и одел сам, и бережно поцеловал в лоб, шепнув:
— Придется подчиниться, Мальва. Нас снова обманули.
— Никто нас не собирался отпускать? — всхлипнула я.
— Кто знает…
Колдовство ли это было, или мои собственные демоны вырвались на свободу? Тело охватила страшная слабость, я едва могла перебирать ногами. Да и Кей был не в лучшем состоянии. Он пытался бодриться, уверенно мне улыбаясь, но руки у него ощутимо дрожали, и губы побелели. Мы шли за Гарманионом как два калеки, цепляясь друг за друга и поддерживая. Возможно, это все тоже было частью испытания.
Лес вокруг нас менялся призрачно, неуловимо. Шаг, другой — и ноги уже ступают на на вытоптанную траву тропы, а на плиты зеленоватого камня, настолько гладкого, что в нем можно увидеть свое отражение. Вокруг не деревья — колонны из золотистого камня. И, что самое удивительное, фэйри. Никогда я не видела столько чудных существ, я вообще была уверена, что они вымерли, как драконы и саблезубые тигры. Но нет — светлоликая девица с зелеными жгутами волос, одетая лишь в цветочные гирлянды, и высокий мужчина с оленьими рогами на голове, и полупрозрачные дамы ростом мне по пояс с кровавыми губами и кожистыми крыльями за спиной,, и ломкие фигуры с непропорционально длинными руками и ногами — все они разглядывают нас с явным любопытством. Мы для них — диковинки. Счастье еще, что они не тянут руки, чтобы пощупать. И не обсуждают вслух, хотя, судя по переглядкам, наверное, эти существа общаются как-то по-другому. Плевать. Мне бы не упасть им под ноги. Достаточно представлений. И поэтому я хватаюсь за Кейташи обеими руками, надеясь, что у него хватит сил на нас обоих.
Красивая резная дверь распахивается перед нами. Коридор, еще дверь, еще коридор. Через бесконечно-утомительные минуты мы оказываемся… возле цветочной занавеси. Незнакомые мне растения лианами свисают с потолка. Гарманион уверенно раздвигает нежно-розовые плети — за ними огромная шелковая постель с подушками и покрывалами. Пахнет дождем и цветочным ароматом.
— Отдыхайте, вас никто не потревожит.
Мы остаемся вдвоем.
Кейташи из последних сил развязывает мне пояс, а потом падает в объятия покрывал. Я скидываю халаты и опускаюсь рядом. Сказка, настоящая сказка! Магия!
Проснулась я от быстрых и легких, как перышко, поцелуев. Открыла глаза, встречаясь взглядом с улыбающимся Кеем. Он был уже одет — к счастью! — и как всегда беспечен.
— Малиновкам полагается вставать на рассвете, — изестил он меня. — Но мне было жаль тебя будить, милая.
— Так зачем разбудил?
— Нас позвали на обед. Или ужин. Или еще какое-то мероприятие?
