Мою грусть-печаль тут же сдула нежданная встреча. С высокого засохшего дерева резко спикировал степной орел и полетел рядом с моей машиной, заглядывая в открытое окно. Метровые крылья лишь слегка шевелились. Орлиный тёмный глаз словно вызывал меня на соревнования. Ну, что же, давай посмотрим, кто кого. Педаль газа вжимаю в пол. За Опелем вздымается туча пыли. Щебёнка грохочет по днищу машины. Скорость всё выше, а орёл и не думает отставать! Впереди показалась астраханская трасса с тяжёлыми грузовиками, везущими спелые арбузы. Пора тормозить.
Гордая птица бросила последний взгляд на меня и стремительно взмыла в голубое небо.
– Прости, брат! Мой Опель так не может летать. Я проиграл эту гонку. Твоя взяла! В следующий раз я оседлаю самолёт ЯК-18. Тогда и посмотрим, кто быстрее.
Мой родной дядя, Григорий Данилович, выйдя на пенсию, перебрался из морозной Перми в тёплые края поближе к морю. Купил дом заброшенный, с таким же запущенным мандариновым садом. Два года, не разгибая спины, приводил всё в порядок вместе со своей женой Трефой.
Местный колхоз выделил им два ряда по полсотни чайных кустов и три таких же табачных ряда. В любое свободное время надо было собирать листья и сдавать их колхозному приёмщику, тому ещё жулику. Даже идеально собранный чай, он безбожно браковал, подкидывая сухие веточки и почерневшие листья из других куч, разбросанных на полу огромного сарая. Поэтому называл цену второго сорта в 37 копеек за килограмм, а не 52 копейки. Весы у него всегда показывали намного меньше, чем на самом деле.
Сам же чай был настолько хорош, что все мирились с этими безобразиями и исподтишка подворовывали лучшие собранные листья. Дома эти листья слегка перетирали руками, чтобы выделился сок, и сушили над электрической плиткой. Потом фасовали в 300 граммовые пачки из алюминиевой фольги.
На чайных же фабриках листья дополнительно сушат в специальных печах, где они превращаются в обычный чёрный чай.
Каждый раз, когда приезжали в отпуск или в командировку, дядя Гриша встречал нас на железнодорожной станции, показывал свои владения и усаживал за стол под огромной шелковицей.
Трефа тут же, в древнем глиняном чайничке, заваривала чай, собранный её ловкими руками. Божественный запах разносился по саду, смешиваясь с ароматом цветущих роз. Никакой другой чай, даже самый дорогой фабричный, не доставлял нам такого наслаждения.
Про современные чаи из магазина я и не говорю, они совершенно лишены настоящего аромата и вкуса. Давным-давно самым лучшим подаркам, привезённым с Кавказа, считалась бутылочка изысканного мужского Кинзмараули или дамского Твиши с парой пачек Колхидского чая.
Однажды, возвращаясь из командировки, я привёз объёмный абалаковский рюкзак. Грузинский чай тридцати сортов и двадцать бутылок лучших виноградных напитков порадовали моих многочисленных товарищей.
Самых близких друзей пригласил к себе на шашлык с ароматными кавказскими специями. Моя Иришка приготовила хачапури в форме лодочки с горным сыром и заварила несколько сортов чая, на пробу.
Победителем народ единогласно провозгласил чай "Колхида", с насыщенным цветом, тонким ароматом и очень приятным вкусом. В заключение нашей вечеринки я решил угостить ребят домашним чаем, мною лично собранным на горных склонах и приготовленным по рецепту дяди Гриши.
Увидев светлую жидкость с лёгким янтарным оттенком в полупрозрачных китайских фарфоровых чашках, гости дружно обозвали меня полнейшим неумёхой:
– Кто же так чай заваривает? Надо было дать ему настояться!
– Мои хорошие, не надо капризничать. Пейте чай и дуйте по домам! – с деланным возмущением стал я отбиваться от нападок.
Чтобы уж совсем не обижать меня, друзья всё-таки осторожно отпили по глоточку горячего чайку. И тут до них дошло:
– Так вот зачем так часто летаешь на Кавказ! За специями, сыром, и настоящим чаем! Нас поишь чаем цейлонским или индийским, а сам каждый день кайфуешь. Да эти чаем только батюшку-царя поить. Мы лишаем тебя такой привилегии и конфискуем все твои запасы. Магазин рядом, купишь себе развесной краснодарский чай. Как можно было столько лет держать в неведении своих друзей? Наливай!
Пришлось достать из шкафчика припрятанную бутылочку домашней настойки, чтобы восстановить мир и дружбу за нашим столом…
Я люблю все самолёты! Ну, а больше всего люблю старичка СУ-15. Этот красивый высотный истребитель-перехватчик, похожий на атакующую осу, покорил меня в юности. Даже на стоянке он устремлён в родное небо. Обуженная талия выделяет его среди других самолётов. Впервые увидел СУ-15 на Сахалине. Шли масштабные учения. Строевые летчики, соскучившись по настоящей боевой работе, показали высший класс! Стремительный взлёт парами, крутой разворот, погоня за целью над океаном и короткий бой.
Возвращаясь с победой, выполняли проход на малой высоте над аэродромом, разрывая морозный воздух оглушительным рёвом двигателей. Непроизвольно я дал этому небесному гончему кличку "Стерегущий".
