И мне, например, с моей позиции человека современного, в общем-то, понятно, у меня нет никаких как бы претензий к тому, что тогда приняли такое решение. Но правда получается искривленной. Вместо правды получается кривда такая, что вместо довлеющей мотивации «к», получается довлеющая мотивация «от». И человечество начинает развиваться по пути, скажем так, этого страха. Образуется такой вот прессинг и этот прессинг, что самое смешное и, может быть, грустное, парадоксальное и печальное, оказывается сконцентрированным наиболее сильно в районе нынешней России.
Из Византии христианство перетекает плавно в Россию, и принимает самые жесткие свои формы, т. е. православие. Получается, что русский народ, который изначально исповедовал родноверие, язычество, оказывается под жесточайшим прессингом религии, которая имеет в своей основе такие вот заблуждения.
И более того, все, что я говорю — это не просто мои домыслы, по сути, про все это, естественно, известно, это к вопросу о библиотеке Ватикана. И скорее всего это все там задокументировано. Все это лежит, но наверх оно не поднимается. Почему? Потому что это один из самых больших секретов. Потому что все эти иллюминаты, масоны, жидо-масоны — это все шняга, как я считаю. Что такое Тевтонский орден? Или Тамплиеры какие-то?
Здесь суть в другом. Здесь суть в управлении мира, потому что тот, кто держит вожжи страха в своих руках, тот управляет паствой, по сути. А управлять необходимо, потому что стадо неразумно, стадо аморально, стадо быдло-масса. И как с ней справится? Кроме как при помощи этих инструментов никак.
Но интересно следующее, что есть и принципиально иное толкование. А картинки, когда они шли, они были очень мощные и яркие, окрашенные эмоционально, как это все, раз, и за несколько минут все развернулось, как они потом между собой все это перетерли, договорились и оставили все как есть. Тоже любопытно.
Я хочу раскрыть то, зачем я вообще всё это надиктовываю, в частности, пытаюсь объяснить, рассказать, записать. Я хочу сказать, что эта информация конечно во многом может быть нетривиальна, возможно, у многих она вызовет ярое отторжение, кто-то вообще скажет, что это бред и выдумки. Но я могу сказать так: я придерживаюсь определённой картины мира. Мне эта картина мира даёт определённое миропонимание и, что самое главное, эта картина мира обладает внутренней непротиворечивостью. В моей картине мира всё объясняется очень гармонично, более того, то, что я пытаюсь дать в этой книге «Другая химия — 2» обладает удивительной особенностью.
Обычно, определённые научные концепции (особенно научно-религиозные концепции) сами по себе внутренне как-то противоречивы, некрепки, нестойки и, что самое главное, бывают такие случаи, когда человек, который придерживается той или иной научной концепции (или религиозной концепции) вступает в спор с оппонентом, который придерживается другой научной или религиозной концепции. И картины мира обоих людей «летят», они разрушаются. Люди начинают оперировать совершенно противоположными понятиями.
Я могу сказать, что моя картина мира, во-первых, построена не на философских и религиозных измышлениях. Она построена исключительно на мифах. Я стою на такой лемме (утверждение, которое принимается без доказательств), что мифы — это буквальщина, это то, что реально было и реально записано. Я объясню почему.
Недавно я вел спор с одной девушкой, которая тоже психолог-психотерапевт. И мы с ней спорили по поводу того, что обладает ли человек фантазией или не обладает. Девочка считает, что человек обладает фантазией и всё, что он придумывает, является плодом его бессознательного, в том числе все мифы, все рассказы, все религиозные концепции являются продуктом действия его психики и его мозга.
Я считаю, что мозг в принципе не способен что-либо придумывать сам. Моё мнение, что фантазии у человека нет. Человек — это просто приёмник, как телевизор, который принимает тот или иной объём определённого информационного сигнала, который идёт из вселенной. И, на самом деле, разница людей с фантазией от людей без фантазии заключается в том, что люди с фантазией принимают просто более широкий диапазон этой информации — им доступно то, что другие простейшие «приёмники» принимать в принципе не способны. Есть человек-радиоприёмник, который картинки видеть ну просто не может, он только мыслит, как ему кажется, какими-то категориями.
Есть люди-телевизоры, люди, которые видят ещё какие-то картинки, а есть люди — голографические телевизоры. А ещё есть люди, которые эту голографическую информацию способны как-то перерабатывать и выдавать дальше во вне. Вот чем различаются люди.
