«Не может быть! — не думая долго, отверг эту мысль Саша и тут же продолжил размышления. — А почему бы и нет? Если Зубов не отдавал навигатор Костычеву… А он его не отдавал, иначе кто бы позволил Стольникову вернуться сюда!.. тогда… Тогда выходит, что навигаторы Алхоева и Костычева, читай — ФСБ… приобретены в одном магазине? Возможно, даже одним покупателем?..»
— Интересно, покупатель был из банды или Конторы?
— Что? — мгновенно среагировал Алхоев.
— Я говорю, это ты сотрудничаешь с ФСБ, или ФСБ с тобой?
В тот момент, когда откуда-то издалека прозвучал голос: «Ваш дом окружен! Есть предложение сдаться!» — Стольников снова лег на пол. Что за этим последует — он знал. Людей ведет Костычев, на Стольникова ему наплевать. Ему нужен керий. Сейчас сотрудник ФСБ подождет несколько минут, а потом его люди обстреляют дом огнеметами. Все, желающие остаться в живых, окажутся на улице, и здесь с ними разделаются в индивидуальном порядке. Бежать придется и Саше, а над головой его нимба нет, повязки дружинника тоже, он одет в ту же форму, что и бандиты, поэтому с ним тоже будут разбираться. Очереди две-три хватит для этого вполне…
Стольников знал, что встретиться с Костычевым ему придется еще не раз. Но не предполагал, что при таких обстоятельствах. Замначальника Управления ФСБ по Северному Кавказу вошел в Эту Чечню, как домой. Точно так он входил в оперативную бригаду в Грозном, точно так входил — неужели хозяином? — сюда.
Капитан переключился на происходящее вокруг него. И улыбнулся, несмотря на ситуацию, когда один из своры Алхоева рыкнул: «Так сдавайтесь!» — и предлагавший поправился: «Это мы предлагаем вам сдаться!»
Как в анекдоте, ей-богу.
Перед глазами Стольникова пронеслась тревожная картина: его люди, брошенные на произвол судьбы, его честь, растоптанная и оплеванная… Да и черт с ней, с честью, но люди, которых он водил под пули все эти годы? Они ждут его, верят и надеются…
Где они сейчас, знают только Алхоев, Дага и еще несколько головорезов. Гибнет банда — гибнут Крикунов, Ключников, Ермолович и остальные. И если повезет, и Саша останется жив, ему всей жизни не хватит на то, чтобы разыскать даже не их могилы, а место их гибели.
— Послушай, Алхоев, — решительно приблизившись к бандиту, который от крика и бестолковых команд уже начал ронять на воротник ватника нитяную слюну, капитан одернул его за рукав. — Пока еще не случилось ни единого выстрела, скажи, где мои люди?
Не ответив на вопрос, Алхоев между тем с каким-то необъяснимым для капитана интересом уставился на него.
— Чего молчишь?! — вскричал Саша. — Будь воином до конца! Воином, а не бабой! Я сейчас в твоих руках, и положение вряд ли изменится! Скорее всего, я сейчас умру. Почему бы тебе перед моей смертью не придерживаться правил честного воина и не сказать, где мои люди! Я буду знать хоть это, закрывая глаза навсегда!
Алхоев, пользуясь паузой, сделанной людьми на улице, присел над Стольниковым.
— Ты натолкнул меня на умную мысль.
— Разве в твоей голове могут появиться умные мысли?
— Ты выведешь меня из окружения.
— Что?.. — не веря ушам, выдавил Саша и даже усмехнулся от такого предложения.
— Да! Ты выведешь меня из окружения!
— Ты спятил? Пристрели меня и бейся сам! Но сначала скажи, где мои люди!
— Я скажу, где твои люди! Ты хотел честных правил боя? Я согласен! Ты выводишь меня отсюда, а я говорю, где находится твое отделение!
— С чего ты взял, что я смогу тебя вывести?
— Ты знаешь, что сейчас будут делать русские. Ты знаешь, шакал, что сам бы сейчас делал, будь я окружен таким образом, как сейчас! Значит, ты знаешь и слабые места в таком окружении!
— И что с того?
— Ты выведешь меня, и как только я буду в безопасности, назову место, где твои бойцы! Но тебе следует поторопиться с решением, потому что для них время — жизнь… В полном смысле этого слова.
— Я никогда не стану выводить тебя из окружения, — покачав головой, ответил Саша.
— Как хочешь. — Алхоев, тут же потеряв к Стольникову интерес, приказал по-отечески: — Приготовиться к бою!..
«Черт, черт, черт!.. — в бессильной злобе Стольников слегка сжимал зубы, внешне оставаясь невозмутимым. — Сейчас начнется штурм. Мне конец, Алхоеву конец… — Саша подумал. — Костычев уничтожает банду, а мои люди гибнут. А если повезет, и они останутся живы, спасшись из рук Магомеда, их прикончит Костычев. Ради высшей цели подполковник ФСБ пойдет на все. Печальный расклад… А если?..»
Если подложить большую часть банды под ФСБ, а с Алхоевым и его приближенными уйти? Стольников чувствовал, что время для размышлений заканчивается. Сейчас Костычев отдает последние распоряжения. Рекогносцировка закончена, боевой приказ прозвучит, и люди из ФСБ начнут штурм. Сколько осталось? Минута?.. Не больше.
«Думай, думай», — торопил себя Саша. Если уйти с группой человек в пять, то он, возможно, справится. Уберет всех лишних, останется Алхоев. А его разговорить Саша сможет. Главное, чтобы Магомед назвал место, где скрывает людей. «Интересно, что он имел в виду, говоря, что время для них — жизнь?»
— Алхоев!
Полевой командир оглянулся.
— Я выведу твою свору.
