На необхватном стволе огромного дуба, украшенного воздушными шарами и лентами, были закреплены старинные знамена, а в центре сиял золотом символ их клана, имевший форму треугольника, пронзенного молнией.
— Да тебе, вижу, устроили королевскую церемонию, — иронично произнес Галлард. — Даже я женился на фоне традиционной цветочной арки.
— Ну, ты же не позволил привезти цветы из деревни, — скромно потупился Бирн.
— Можно подумать, что я позволил вынести наши священные реликвии, а заодно и опустошить театральную студию, — парировал глава клана, окидывая внимательным взглядом людей, собравшихся на поляне. — Кто-то явно за это схлопочет.
— Ты же сегодня добрый и не будешь никого наказывать, — быстро напомнил Макбрайд, ужасно довольный, что для них с Мариокой устроено такое торжество.
Он тоже вглядывался в лица, и ему дыхание перехватило от восторга. В старинном изумрудном платье, с дубовым веночком на распущенных волосах и с букетом полевых цветов в руках, его юная невеста походила на лесную фею, оказавшую честь простым смертным, появившись перед ними. Рядом с ней стояли две девушки в таких же средневековых платьях только синего цвета — Лаки и Кэтрин Гарвуд. Чуть дальше Джулия Фокс в роскошном малиновом платье беседовала с Викрамом Ольсеном, а ее муж, декан Школы Оватов, Джед Фокс показывал его правнуку Стивену, как надо обращаться со старинным рожком. На всех троих мужчинах были зеленые с золотыми позументами накидки герольдов, а на головах красные бархатные шляпы с страусиными перьями.
Из белого шелкового шатра, раскинутого на краю опушки, вышел еще один мужчина, застегивавший на ходу накидку главного церемониймейстера. Бирн узнал в нем декана Школы Друидов, весельчака профессора Броуди.
— Я вижу, все участники уже на месте, — жизнерадостно хохотнул тот и обратился к главе клана. — Через несколько минут можно начинать церемонию, сэр.
— Самый главный участник явно выпадает из вашей средневековой пьесы, Гаррет, — снисходительно заметил Бойер.
— Как и вы, сэр, — почтительно ответил Броуди. — Но это легко исправить. Шаферы, одевайте жениха! — громко выкрикнул он в сторону шатра.
Появление Ардала и Катэйра вызвало у Бирна предательскую дрожь в руках. Честно говоря, он не ожидал их увидеть, прекрасно понимая, что друзья отреагируют на его женитьбу столь же негативно, как и Галлард. Но они не только пришли, но и оказали особую честь, надев белые плащи — атрибуты верховной власти, в которые члены Совета четырех облачались в самых торжественных случаях.
— Давай помогу, жених, — с улыбкой сказал Ардал, набрасывая на плечи Бирна его собственный, расшитый серебром и жемчугом плащ с массивной золотой пряжкой в виде головы волка.
— Простите, господин Галлард, но в своем итальянском костюме вы выглядите немного бледно на нашем фоне, — самоуверенно заявил Катэйр, встряхивая плащ главы клана, блеснувший золотом и изумрудами.
— Хочешь сказать бедно. Да куда уж итальянским дизайнерам до галльских вышивальщиц. Вы бы еще и венки притащили в честь такого знаменательного события, — язвительно поддел он соратников, намекая на золотые дубовые венки, надеваемые в особо значимые для клана моменты.
— А мы и притащили, — рассмеялся Ардал, нахлобучивая венок на голову. — Я слышал, этот брак заключается по старинному закону, значит, все должно быть по традиции, а она заключается в том, что член Совета на свое бракосочетание надевает ритуальное облачение. Шаферы, как заведено, должны быть в одинаковых с женихом костюмах. Ну, а тебе не пристало выглядеть хуже нас.
— Церемонию они ему тут устроили, — недовольно проворчал Галлард, облачаясь в плащ. — Да будь моя воля я бы вообще не пришел. Вот уж Бирн отчебучил, так отчебучил.
— А знаешь, что ответила твоя правнучка на мои столь же возмущенные слова? — тихо произнес Катэйр, глядя на сияющего жениха, оживленно беседовавшего с деканом Школы Друидов.
— Так и знал, что это Лаки вас сюда затащила, — кисло скривился Бойер. — И что же умное она тебе выдала?
— Дело не в умном, а в правдивом ответе. Она сказала: «А зачем, в принципе, нужны друзья, если они отказываются разделить твою радость? Чтобы посочувствовать в минуту скорби? Так ведь враги соболезнуют еще проникновенней». И, знаешь, мне стало так стыдно.
— Вместе — до конца, — задумчиво произнес Галлард. — Бирну повезло, что Лаки считает его другом.
— Мы тоже ему друзья, — решительно заявил Катэйр. — И будем радоваться вместе с ним, а заодно, поможем пережить осуждение окружающих и ему, и девочке. Он ее любит, это очевидно.
— Невероятно, но она его тоже любит. Поэтому, я и решил провести обряд, чтоб уже никто не вмешивался в их жизнь, ни ее родители, ни его родственники. Ладно, хватит рассказывать друг другу, какие мы славные друзья Бирну, — недовольно поморщился от своей откровенности Бойер и громко объявил:
— Профессор Броуди, вы здесь главный, начинайте действовать.
