— Что бы ни приходило тебе в голову во время упражнения, — говорит Ли, — постарайся ни о чем не думать. Тревога? Грусть? Гнев? Это всего лишь мысли. Избавься от них. Они имеют власть над тобой лишь в том случае, если ты подчиняешься. Они паразиты, не способные существовать самостоятельно.
Грациэла начала подозревать, что Ли умеет читать мысли. Не раз она оценивала настроение и чувства Грациэлы вернее, чем гадалка на картах Таро, чьими услугами пользуется танцовщица.
— Помнишь «Волшебника страны Оз»? «Твоя магия здесь бессильна». Негативные эмоции? Страх? Отвращение к себе? Все это здесь бессильно. Освободись.
Грациэле не дает покоя Дарил — а точнее, то, что на самом деле произошло, когда она повредила сухожилие. Он толкнул ее, и она совершенно уверена, что это не случайность: его лицо странно исказилось за секунду до случившегося. Или же у нее просто разыгралось воображение? Может быть, Грациэла просто оступилась? Может быть, Дарил пытался помочь, как он и говорит? Грациэла ощутила боль в лодыжке и страх. При мысли о том, что ее карьера оказалась под угрозой, у девушки закружилась голова.
Ли подходит и кладет ладонь на талию Грациэлы. Одного прикосновения — теплого и ободряющего — достаточно, чтобы девушка расслабила плечи, которые до тех пор были напряжены. Она всем весом опускается на подушку. Ну ладно, думает Грациэла, я буду лежать на полу и отдыхать. Так странно видеть людей, которые занимаются физическими упражнениями (по крайней мере большинство) и при этом не соревнуются, не щеголяют своими умениями и не важничают, — у них даже не возникает такого желания. Отчасти это сбивает Грациэлу с толку. Неужели от нее больше ничего не требуется? Расслабиться? Утонуть? Забыть о своих мыслях?
Как только Грациэла задумалась об этом и ощутила безумную благодарность наставнице, у девушки потекли слезы. Прежде чем Ли, которая продолжала слегка давить ей на спину, успела спохватиться, танцовщица разрыдалась. По-настоящему. Отчего-то Грациэла достаточно доверяла Ли, чтобы не стыдиться.
— Тебе было больно? — спрашивает Ли после занятия.
— Нет, — отвечает Грациэла. — Мне почти не было больно всю прошлую неделю. Просто я слегка расчувствовалась.
Ли смотрит на нее с улыбкой, слегка склонив голову, как будто ждет большего. А может быть, она действительно способна прочесть мысли Грациэлы и сочувствует девушке. Ли потрясающе красива: чистая кожа, яркие глаза, изящное тело, — в ней ощущается внутренний огонь, и от нее трудно отвести глаза. Настоящая жительница Коннектикута (Стефани сказала, что Ли родом оттуда). Не то чтобы Грациэла знала хоть что-нибудь о Коннектикуте — она родилась и выросла в Лос-Анджелесе.
— Бывает, — говорит Ли. — И это совсем не плохо. Не сдерживайся. — Она касается волос Грациэлы и подмигивает. — Так ты быстрее вылечишься.
Грациэле хочется поговорить о Дариле, но ей уже и так неловко оттого, что она пользуется щедростью Ли. Она не собирается и дальше испытывать чужую доброту, взваливая на преподавателя очередную проблему.
Ли смотрит на часы и ненадолго задумывается.
— Черт, — говорит она. — Мне нужно бежать. Через полчаса я должна быть в школе; не хочу опаздывать.
— Давайте я вас подвезу, — предлагает Грациэла. — Ну пожалуйста.
— Тебе в ту же сторону?
— Не важно. Пожалуйста, разрешите.
До занятий йогой Грациэла никогда не бывала ни в Силвер-Лейк, ни даже поблизости. Они с Дарилом снимают мансарду в центре, в огромном старом доме, и жилье у них просторнее, чем у большинства друзей. Грациэла прожила там уже пять лет и позволила Дарилу переехать, когда один из его соседей по комнате женился. Предполагалось, что он поживет в мансарде два-три месяца, но у них завязался роман. Хотя Грациэле нравится классический блеск Лос-Анджелеса, она вынуждена признать, что Силвер-Лейк — очень гостеприимное и спокойное место.
Она водит старенький «вольво», который за двести долларов купила у подруги, уехавшей на восток. Грациэла даже не знает, сколько лет этой машине. Отпирая дверцу, она заглядывает в салон.
— Простите за бардак, — говорит девушка. — Мой бойфренд — диджей и обычно оставляет здесь всякое барахло в промежутках между выступлениями.
Она перебрасывает коробку с дисками на заднее сиденье. Может быть, она поторопилась, предложив Ли помощь?
— У меня двое сыновей, — отвечает та. — И это ты называешь бардаком?
— Да, но дети есть дети. Похоже, мой любимый лопал тут попкорн. Прошу прощения.
— Ты слишком строга к себе, девочка. Может быть, хватит?
Грациэле хочется извиниться и за это, но она все-таки удерживается.
— И давно вы с ним встречаетесь?
Грациэла рассказывает, пока они едут вокруг озера. Солнце отражается от серебристой поверхности воды, в воздухе висит теплая дымка. Рассказывая про Дарила — мать-наркоманка, парень сам пробился в жизни, у него большой талант и уйма обаяния, — Грациэла чувствует прилив гордости и любви, и в то же время девушке кажется, что она упустила нечто очень важное.
Когда они добираются до школы, Ли предлагает познакомить Грациэлу с детьми.
