В целом в последнее время Стефани успешно справляется с проблемами. Она преодолела стыд, тревогу, тягу к спиртному, которая периодически на нее накатывает. Верная своему слову, Сибилла Брент прислала чек за набросок сценария, и жизнь Стефани обрела приятный и незамысловатый ритм. Она встает на рассвете, два часа работает в безупречно чистой гостиной, идет в спортзал, снова пишет, обедает в закусочной за углом, неподалеку от дома, едет в Силвер-Лейк и занимается йогой с Ли. Кофе и вновь работа, если есть вдохновение. А затем — пораньше лечь и почитать в постели.
Стефани уже написала черновой вариант первой части сценария и готова приняться за вторую. В пределах месяца нужно закончить работу целиком — если, конечно, она сумеет. Что касается переговоров с автором, жаждущим писать сценарий самостоятельно, Стефани предоставляет это адвокатам Сибиллы. В начале каждого занятия Ли советует ученикам «избрать намерение». В прошлом Стефани пропускала этот шаг. Ее главным намерением неизменно было дотянуть до конца, как можно реже принимая позу ребенка и не задумываясь о Престоне. Но теперь она дышит и думает: «Будь что будет… постепенно… не распыляйся на мелочи». Ничего оригинального, но получается на удивление эффективно.
Она встречается с Грациэлой и Кэтрин в баре через дорогу от «Мира йоги». При виде подруг Стефани, как обычно, испытывает радость, подлинную и всеобъемлющую (она всегда рада их видеть), пусть даже женщин объединяет всего-навсего совместное посещение занятий. У Стефани мало общего и с той и с другой, трудно представить, что при иных обстоятельствах она бы подружилась с Кэтрин. Но есть нечто приятное в том, чтобы находиться с ними в одной комнате, дышать в унисон, преодолевать одинаковые физические трудности, которые и создают ощущение общности. Не важно, что Кэтрин и Грациэла куда более опытны. Есть по крайней мере две позы, в которых Стефани не уступает остальным, а над прочим она работает. «У каждого есть как минимум одна поза», — частенько напоминает Ли. В течение полуторачасового занятия каждый ученик способен пережить момент удовлетворения, пусть даже в позе трупа.
Стефани берет сок, подсаживается за столик к остальным и решает задать Кэтрин вопрос, который не дает ей покоя уже давно:
— Почему Ли ведет здесь занятие? Я слышала, что «Мир йоги» всем предлагает эксклюзивный контракт. Значит, она собирается отказаться от старой студии?
— Да перестань, — говорит Грациэла. — Ли нас не бросит. У нее полно желающих. Все будет хорошо.
Обе смотрят на Кэтрин, но та подозрительно молчалива. На ней винтажное желтое платьице, которое на любой другой девушке смотрелось бы нелепо. А Кэтрин с ее большими круглыми глазами, ироничным выражением лица, короткой стрижкой и татуировками оно необычайно идет.
— Ну? — спрашивает Грациэла.
— Все не так просто, — отвечает Кэтрин. — У Ли много учеников, но и расходов тоже немало. Если провести несколько занятий по сниженной цене, это становится заметно. Ведь она всегда предлагает скидки или пускает некоторых бесплатно.
— Ну вот, теперь я чувствую себя виноватой, — говорит Грациэла. — Ли так мне помогала, чтобы я могла попасть на пробы…
— Не вини себя, подружка. Ли делает то, что ей нравится. Она любит помогать. Но нужно чем-то платить по счетам. И потом, двое детей и Алан, который занимается непонятно чем…
Стефани внимательно слушает, а потом замечает:
— У меня ощущение, что Ли таки подумывает закрыть старую студию. Нужно разведать, Кэт.
— Спроси у нее сама. Знаешь, сколько стоит медицинская страховка на четверых? Хотя, в общем, ты права. Ли просто сменит место…
У Стефани дурные предчувствия. Ей никогда не нравились перемены, и при мысли о том, что она может лишиться уютной студии в Силвер-Лейк и надежной опоры в лице Ли, женщине становится нехорошо. Впрочем, Ли, неизменно помогавшая всем и вся, вправе наконец подумать о собственных интересах, вместо того чтобы вечно учитывать чужие эгоистические пожелания. Есть шанс, что студия будет работать, пока Стефани не допишет сценарий и не достигнет окончательной ясности.
— Да. И потом, мы сможем приходить сюда! — восклицает Грациэла.
— Это дорого, — предупреждает Кэтрин.
— Должна признать, — говорит Стефани, — что я ненавижу «сети». Книжные магазины, кинотеатры, супермаркеты… А теперь и студии йоги? Несколько лет назад это сочли бы дурной шуткой. Сеть студий, которые принадлежат людям, не имеющим отношения к йоге…
Примерно то же происходит и в киноиндустрии — большие деньги идут «наверх», а независимым одиночкам и среднему звену достается все меньше и меньше. Даже якобы самостоятельные маленькие компании теперь являются филиалами крупных корпораций. Но у каждого есть право думать о собственном благе — если бы Стефани получила предложение от «Парамаунт», она вряд ли бы стала колебаться, прежде чем дать согласие.
