Пацаны принялись пинать Мишутку со всех сторон, словно наступая на коровье дерьмо. А тот съёжился, скрестив одну ногу и едва передвигая другую. Коленка скукожилась так, что юноша даже крикнуть не может.
Если бы на то была воля Божья, одноклассники убили бы паренька. Но стоило Розе Елизаровне, училке по химии, войти в класс, все дружно бросились по своим местам.
– Присели, – скомандовала Роза и села на свой “трон”. Ей за пятьдесят, она круглая и похожа на пирожок с капустой. Лицо мясистое, подлое, кое-где макияж. На голове короткие тёмно-алые волосы.
С некоторым трудом Миша встаёт и ловит её недовольный взгляд.
– Ты что там забыл? – сухо спрашивает женщина, глядя на пол, откуда поднялся парень. – Смотри, вон сколько свободных мест. Всего нарасхват, молодой человек!
“Всё бы ничего, но как, по-твоему, я доберусь до выбранного мною места? По-пластунски предлагаешь ползти? Или костыли предложишь, учитывая моё положение?!”
– И? – нетерпеливо пискнула училка, ожидая, по её мнению, элементарных вещей от парня. – Долго будем ждать, пока ты информацию обработаешь?
Мишка смотрит в сторону, а на него уставились румяные хари Поспелова и Маджонга, что еле сдерживали смех. Последний даже для вида положил голову на ладонь и начал хлопать глазками. Не став дальше глазеть на этих обалдуев, Миша выбирается на открытое пространство, держась за парты и прыгая на одной ноге.
Из его сумки выскочил кулёк с заманчивым содержимым – красными грибными шляпками, которые сразу привлекли внимание Поспелова. Матвей ловко смёл кулёк с пола и с искусным движением бросил его в свой чуть приоткрытый рюкзак. Никто не заметил.
Тем временем Роза просматривала журнал.
– Дежурный?
– Суслова.
– Больные, отсутствующие?
– Никак нет.
– Замечательно, – сказала химичка и бросила взгляд на присутствующих. – Кто к доске?
“И лес рук в ответ, угу… Точнее, пустырь из трясущихся плеч да голов!”
– Шалаев пойдёт, – Роза Елизаровна уставилась на Мишку с тем же взглядом, что и всегда. – Ты ведь выполнил домашнюю работу?
Миша через силу вылезает со своего места, и к доске на одной ноге. Химичка задаёт ему реакцию, а тот даже восемь на два умножить не может! Летает в облаках своего внутреннего мира.
Всё стадо ехидно заржало, а Мишке двойка за невыполнение домашки. Тот садится на своё место, ловя гнетущие взгляды одноклассников.
– Ну и что мне с тобой делать, Шалаев? – Роза прошлась по журналу. – Ну скажи мне, что с тобой будет дальше с такими-то оценками? Если ты элементарного умножения, которое ты проходил во втором классе, выполнить не можешь, тогда о какой химии речь?!
Училка тут же остудила нарастающий пыл, достала из кармана пачку пустырника, бросила в рот и как следует привела себя в порядок.
– Твоя общая оценка в этой четверти – два! – даже два пальца показала, будто для особо тупых. – Когда исправлять будешь, я не знаю. Уже конец года, консультации закончились, а ты ни на одной из них не был… А даже если придёшь, не пущу!
“Ну зашибись! Тогда зачем мне надо было это говорить? Будто после этого я буду висеть на петле… Ха! Кто из нас ещё первый отъедет?”
От следователя последовал вопрос:
– Не слишком ли грубо Вы поступали с ним?
На что Денис коротко и ясно ответил:
– Мать у него заядлая торчуха, а отчим бухал напролёт… Сомневаюсь, что такая семейка не сделает из своего ребёнка рыхлое существо, которое можно пиздить и любоваться, как оно плачет.
– Без матов, пожалуйста. – Потребовал Эдуард Антонович.
– Нет, я всё понимаю, но как такого не дрючить, скажите мне? У него вместо рук и ног – во! – Тихонравов показывает мизинец. – И уровень интеллекта не превышал норму! Как будто Минобрнауки решило провести эксперимент на обучаемость приматов, разбросав их по одиночке в каждую школу России.
– Как давно начались издёвки?
– Ой, с началки, кажется! – предположил Денис после пяти секунд молчания. – О нём почти сразу всё было известно, даже если не знать всей его трагедии… На лбу ведь и так всё написано!
Эдуард был изумлён от такого отношения в сторону одноклассника, ведь в его время не было такого. Все дружно жили по романам Дюмы и ленинским зачётам.
– Понимаю, – ухмыльнулся паренёк. – Школа – это тренировочный полигон перед большим шагом на пути к взрослой жизни. Именно там, по окончанию "экзаменов" ты получаешь ту квалификацию, которая соответствовала твоей роли в классе.
“В каждом стаде есть подчинённые и их вожак. В моём случае долго думать не придётся: вот вам вожак, учительница химии, моя "любимая" Роза Елизаровна, и стадо – мои не менее "любимые" одноклассники. Вся эта система работает по одному и тому же принципу. Так было всегда! Если тебе что-то не нравится – уходи или умри… Не всякий может выдержать такие муки: такие люди обычно становятся чужаками для стада. Но те, кто сумел адаптироваться к внешним условиям, получат щедрое вознаграждение. Типа того!”
Из школы Миша прискакал раньше обычного, потому что Семёна не было дома, а мать находилась в экстазе после очередной иглы. Раскрыв сумку и взяв оттуда тетрадку, та тут же упала на пол и осталась в прихожей.
