В следующую среду те же мальчишки снова пинали мяч, и снова их взгляды зацепились за Шарифа, выходящего из машины. На нем были аккуратный твидовый пиджак и блестящие коричневые туфли, клетчатая рубашка в деревенском стиле и простой галстук в коричневых тонах. Волосы у него и в тридцать семь оставались черными и густыми. Вид у Шарифа был здоровый и опрятный, ладони – маленькие и пухлые, лицо открытое. Словом, выглядел он так, как и должен выглядеть автор английского учебника введения в материаловедение для первого курса – книги, необходимой и чрезвычайно прибыльной. Уже раздавалось «все про керамику можно узнать в учебнике Шарифуллы и Бернса». Вот он, Шарифулла, собственной персоной, в идеально начищенных ботинках. Цвет его кожи красноречиво говорил о происхождении из определенной части света. Он думал, что для большинства тех, кого он встречал, это не имеет значения. Но сегодня, как и на прошлой неделе, мальчишки, разминающиеся перед футбольным матчем на спортплощадке, заорали: «Паки!» и засмеялись, когда он направился в укрытие факультетского здания слегка быстрее, чем ходил обычно.
Он отыскал школу Гауэр в районном телефонном справочнике и заметил, что индекс совпадает с Уинкобанком, где они с Назией в прошлом году почти за бесценок купили на первые роялти от книги несколько блочных домиков, планируя отремонтировать их и сдавать студентам. Он записал номер школьного секретариата и у себя в кабинете начал набирать его, но бросил, остановившись на последней цифре. Что говорить, он понятия не имел, да и что можно сказать детям, какие слова подействуют на них?
На этот раз он решил не отмалчиваться хотя бы дома. Среда – самый тяжелый день на работе: лекция, семинар, а днем, если нет занятий, согласованных со студенческим профсоюзом, любой из учащихся может заглянуть на огонек. Сегодня требовалось побеседовать с докторантом о свойствах наноразмерности. Шариф не считал это рутиной, напротив – разговор представлялся весьма интересным. Но это означало, что домой он вернется только в половине седьмого. Назия и Бина уже станут подумывать, а не достать ли запеканку из духовки и не поужинать ли без него.
Шариф хотел подступиться к жене с вопросами сразу же, с порога, но Назия непременно поняла бы, что тут есть какая-то подоплека, и это сказалось бы на ответе. Войдя, он обнаружил, что близнецы, по своему обыкновению, сидят на ступеньках. При виде папы они просияли. Сверху доносилась музыка: любимая группа Аиши – там еще вокалист выступал в пиратском костюме и с белой полосой через все лицо. Из кухни ему навстречу вышли Назия и Бина. Жена пожурила его: мол, сколько можно держать мальчишек без ужина – мы уже собрались поесть без тебя. Бина, которая всегда рада была скрасить жизнь хозяев шуткой, скорчила за спиной Назии притворную гримаску. Шариф спросил, что на ужин, хотя уже знал: Назия сказала, что запеканка с горошком.
– Слышали, парни? – позвал Шариф сыновей. – Запеканка с горошком и кетчупом!
– Знаем, пап! – радостно и нетерпеливо отозвался Раджа.
Это было их любимое блюдо.
Он не вмешивался в беседу домочадцев. Бина рассказала, что ходила в библиотеку взять кое-какие книги по читательскому билету Назии и брала с собой мальчишек. Назия – что ездила в Уинкобанк посмотреть, как продвигается ремонт. К ней снова присоединилась Салли. Кухня в доме номер восемьдесят два смотрелась вполне симпатично. Они с Салли думают, что скоро в номер пятьдесят семь можно будет завозить мебель, а в сентябре – начать сдавать домики студентам. Джо оказался сущим сокровищем – предложил сам сделать и установить комоды и полки: дешевле, чем покупать в «Хабитат».
Казалось, вот он – шанс задать вопрос, который Шарифу неловко было озвучить без повода:
– Как считаешь, что они о нас думают?
– Джо и его ребята? Думаю, я им очень по душе, – ответила Назия. – В конце концов, я заказчик, и я плачу. А что они думают о тебе, я не знаю.
– Англичане. Белые. Когда они смотрят на нас, что они думают?
– Белые? – переспросила Бина.
Племянники, сидя друг напротив друга на подушках, чтобы дотягиваться до запеканки, радостно посмотрели на нее. Они уже научились распознавать первые признаки спора и наслаждаться ими – главная отличительная черта истинного бенгальца. То, что у него в крови.
– Белые? – переспросила Назия и рассмеялась.
