– Ну да, – сказал Хилари. – Жаль, что она не смогла. А вот сын, Треско, приедет со всеми своими детьми. Переночуют в своем доме на колесах, как я понимаю. И младшая, которая в Уэльсе живет… Селия. Селия приедет со своей подругой, с которой живет.
– Селия?
– Да, моя внучка Селия, – подтвердил Хилари. – Блоссом, твоя младшая приедет? Селия, так ведь ее зовут?
Но Блоссом, которая только что вошла с чашкой чаю, грустно посмотрела на отца, слегка склонив голову:
– Нет, пап, ты спутал. Ее зовут Тревор. А ее подругу – Алисон.
– Ах да, конечно, Тревор! – спохватился он.
Как Хилари мог допустить настолько глупую ошибку? Назвать внучку Селией? Он поклялся себе не упоминать имени жены. Она так давно умерла и оставила после себя столько проблем. Уж лучше совсем не вспоминать о ней, что он и делал двадцать пять лет. Уж лучше не упоминать никого из отсутствующих, не портить ни этот, ни завтрашний день: он снова пообещал, что не будет.
По счастью, в дверь позвонили – знакомой с незапамятных времен трелью. Блоссом приехала совсем недавно и вздрогнула: столько воспоминаний! Но ее отец остался равнодушным: он слышал этот звук каждый день с тех пор, как жил в этом доме. Он подался вперед в своем кресле. У его ног другое существо вытянуло такую же морщинистую шею с тем же неодобрительным видом, какой напускал его хозяин, чтобы скрыть радость. Кто-то пришел и вежливо просил впустить его в дом – о чем и возвещала трель.
– Видишь, Гертруда? – спросил Хилари во всеуслышание. – Это наш сосед Шариф. Он принес торт.
– А, что, торт? – забеспокоилась Лавиния. – Что же это я, я должна была подумать, я просто решила…
– Не стоит себя корить, – вмешался Джереми. – Как видишь, торт уже есть. Ни малейшего повода для угрызений совести. И чудесный сосед Шариф принес его, чтобы все восхищались – сначала видом, а уж потом и…
– Но я должна была об этом подумать! – воскликнула Лавиния. – Если бы я подумала, мы бы ели торт уже сегодня. Господи, да откройте же кто-нибудь!
Конечно же, к двери шагнул Джош в своем элегантном вечернем костюме. Он умел быть полезным. И открыл дверь, как делал всю свою жизнь и собирался продолжать: быть полезным и не получать благодарности. И ему тоже не терпелось перейти к следующей стадии празднования дня рождения дедушки. Но, открыв дверь, он не обнаружил за ней ни Шарифа, ни торта. На пороге стояла маленькая кругленькая женщина, судя по наружности, филиппинка или что-то в этом роде. Волосы зачесаны в плотный черный шлем; розовый костюм с лацканами, отделанными черным кружевом. Будто на свадьбу оделась, а крохотный мальчик рядом с ней смахивал на пажа. Джош немедленно посочувствовал малышу, смуглому и большеглазому, в совершенно не шедшем ему нарядном костюме с кипенно-белой рубашкой; на шее его болтался красный галстук-«бабочка». Мальчик посмотрел на Джоша: судя по выражению лица, он еще не понял, что бояться здесь некого. Дама принялась объяснять. Пришлось прийти одной: на подъездной дорожке у дома Спинстеров столько машин! Даже на улице нет места. Лео и отправил Рубилинн и Сэнди в дом, а сам пошел искать, где оставить машину. Нет, они не встречались. Мальчика зовут Сэнди. А я – Рубилинн, представилась дама. Лео, пояснила она, припаркуется и придет. Совсем скоро, минуты через три.
Чемпел, 9 мая 2016 г.
Кое-какие детали истории Рафика честно и скромно позаимствованы автором из потрясающих воспоминаний Джаганары Имам «Дни 1971 года» и прекрасного романа «
Спасибо за дельные советы моим первым читателям: Тессе Хедли, Николе Бэрр, Делвару Хуссейну, моему агенту Джорджии Гарретт, моему издателю Николасу Пирсону и особенно Заведу Махмуду.
Сюжет романа совершенно сознательно позаимствован из пьесы Шекспира «Зимняя сказка» и романа Пушкина «Евгений Онегин».
Филип Хеншер – автор десяти романов, в числе которых «Шелковичная империя», «Северное Клеменси» (книга вошла в шорт-лист Букеровской премии), «Барсучий король» и «Сцены из детства и юности» (премия Ондатье 2012 года). Преподает литературное творчество в университете Бата; живет то в южной части Лондона, то в Женеве.
Серия «Великие романы»
Филип Хеншер
